— Ты поедешь со мной.

Он не угрожал, не повышал голос, но в его тоне была уверенность, как будто это уже решено. Пустота, которую она почувствовала от него, все еще висела в воздухе, густая и пугающая. Не злость, не ярость, просто отсутствие всех эмоций, и это пугало больше, чем любой крик.

— Нет, — прошептала она, голос наконец вернулся, хоть и дрожал. — Я никуда не поеду. Уходите. Пожалуйста, уходите. Это ошибка. Я обычная девушка, я ничего не знаю, ничего никому не сделала...

Она пыталась убедить его, слова лились потоком, отчаянным и бессвязным. Может, он грабитель? Сумасшедший? Но в глубине души она знала – это не так. Его присутствие было слишком неправильным. Он стоял у стены, не шелохнувшись, просто наблюдая за ней. Глаза его, темные, бездонные, как два колодца, не выражали ничего. Ни гнева, ни нетерпения. Это спокойствие пугало ее сильнее, чем если бы он заорал или схватил за руку. Злодеи в книгах, которые она любила читать всегда были яростными, предсказуемыми. А этот... он казался частью тьмы, и это делало его еще страшнее.

Лиара огляделась, ища выход. Дверь находилась за его спиной, окно открыто, но прыгать с третьего этажа было бы безумием. Взгляд девушки упал на перочинный нож, который она оставила на тумбочке после того, как точила карандаши. Она рванулась к нему, пальцы сомкнулись на рукоятке. Нож был острым, холодным, оружие, хоть и жалкое. Она выставила его вперед, рука неимоверно тряслась.

— Уходите! — крикнула она громче. — Или я... я ударю! Я позвоню в полицию, закричу!

Он даже не двинулся. Даже не пошевелил рукой. Просто смотрел, и в этой неподвижности было что-то нечеловеческое. Голос его раздался снова, спокойный, как шелест листьев:

— Ты не причинишь мне вреда. Но можешь себе.

Слова повисли, эхом отдаваясь в ее голове. Он не угрожал, а констатировал факт. Лиара почувствовала, как ножик в руке становится тяжелее, словно ее собственная воля оборачивается против нее. Она шагнула ближе, но ноги подкашивались. Он не защищался, не отступал, а просто стоял. И это пугало: отсутствие страха, отсутствие реакции. Как будто он знал, что она не сможет ударить или, что это не имеет значения.

Нож выпал из пальцев, звякнув о пол. Лиара отступила, слезы навернулись на глаза. Незнакомец, не схватил ее и не бросился связывать, он не коснулся даже пальцем. Просто повернулся к двери и коротко бросил:

— Пойдем.

И она пошла, не потому, что хотела, ноги сами двинулись, словно в трансе. Но это не был гипноз; она чувствовала каждый свой шаг, ощущала каждую мысль. Просто сопротивляться казалось бессмысленным. Они вышли из квартиры, дверь тихо закрылась за ними. Коридор подъезда был пуст, лампы мигали тускло. Лиара оглянулась – никого, ни соседей, ни шума из-за стен квартир.