– Ни за что не поверю, – возразила я. – Ты – и не чувствовал ответственности?
– Мой род исходит от самого Первого. Я один из немногих, кто еще может принимать драконью форму. И тогда я был типичным мажором. Золотая молодежь, считавшая, что мир – их песочница.
– Даже представить себе такое не могу.
– Но жизнь научила быстро. У нее в уроках недостатка не бывает.
Я почувствовала, что за словами Айракса скрывается застарелая рана. Что-то, что он давно и успешно прятал, а мне сейчас показал.
Я молча взяла его за руку.
– Одним их моих взводных был барон Рихард Берроу. Лихой парень, даже отчаянный. Он полез в атаку без прикрытия, о чем я знал, но не остановил его. Хотя я был его офицером и должен был настоять на другой тактике. Но тогда мне, как и ему, все это казалось игрой. Приключением. Которое для него закончилось плачевно.
– Мне жаль. – Я погладила его ладонь.
– Я тогда не знал, что у Берроу остался дома малолетний сын. Это все выяснилось уже позже. Баронесса не справилась с хозяйством, у Рихарда обнаружились долги, и все их имущество пошло с молотка.
– А что случилось с сыном? – поинтересовалась я.
– Это хороший вопрос. – Генерал задумчиво глянул вдаль. – Как парнишка жил, неясно. Вероятно, его воспитывали родственники. Но сейчас мы его знаем как Лиама. – Он повернул голову ко мне. – Да, Лиза, того самого.
Глава двадцать первая Лиза
– Вот оно что! – удивленно воскликнула я. – Но ты говорил, что Провалы открываются из-за желания Первого заполучить девушку, отмеченную печатью?
Айракс кивнул.
– Тогда непонятно, почему Лиам помогает Первому? Разве не логичнее было бы, наоборот, помешать ему?
– Люди не всегда логичны, – возразил генерал. – Но тут вопрос, на кого Лиам работает и что ему посулили. Мы это выясним, но сначала хочу собрать как можно больше фрагментов этой картины.
– А я вот знаешь что еще не понимаю? – Я оживилась, почувствовав даже некий детективный азарт. – Почему Первый так поступает? Ведь он тогда пожертвовал собой, чтобы спасти мир. А теперь каждый раз этот благородный поступок сам же и отменяет.
– На это есть несколько версий, – задумался Айракс. – Шанида – истинная Первого. И дракон либо хочет воссоединиться с ней ради любви или мести, либо ради силы, которую истинная может ему дать. Думаю, если бы дело было в чувствах, Первый выбрался бы из Пустоты сам, не посылая тварей. Скорее всего, он обессилен. И именно поэтому ему нужна девушка.
Истинная… Мне вспомнилось, как дома у генерала служанка Натали объясняла мне этот драконий термин. Единственная среди миллионов женщин. Интересно, а Айракс верит в истинных? Наверное, нет, раз все равно должен жениться на Элизабет.