– Я, – кивнул Егор, не видя причины скрывать правду.

– Силён, – одобрительно протянул сорванец. – Их так просто никто побить не мог. К тому же они завсегда с револьвертами ходют. Так что сторожными вам быть надобно. Всем. Тот десяток под теми двумя ходит, и коль они скажут, то все за оружье возьмутся.

– И что, Иваны с Хитровки их под себя подмять не хотят? – усомнился Егор, внимательно его слушая.

В его познаниях о криминальном мире подобная банда просто не может существовать, не отстёгивая главарям криминального дна долю. В противном случае их давно бы уже самих на колбасу пустили, а ростовщика прижали б так, что он на них бесплатно работал. Целая банда в свободном плавании, и без пригляда? Так не бывает. Но ответ удивил не только парня.

– Пробовали они, да только у ростовщика того в полиции чин какой-то на прикорме. Вот Иваны зубы и обломали. История тогда шумная получилась. Даже стрельба была. Иваны с тех пор на них злые, жуть. Так что делайте, что задумали, спокойно. Блатные и не поморщатся.

– Что-то много ты про того ростовщика знаешь. С чего бы? – задумчиво протянул Михалыч, внимательно слушавший весь этот разговор.

– С людьми на Хитровке говорил. После пинка того сам хотел им красного петуха подпустить, да только понял, что не получится. Мужики те каторжные караул каждую ночь несут. Сразу приметят. А вызнавал я всё особо. Понимать хотел, как бы к ним подобраться, – зло выдохнул мальчишка.

– И тебе так просто всё рассказывали? – не поверил казак.

– Пришлось признать, что побили меня там, да ещё и обманули, – смутился Васька. – Смеялись, да рассказывали.

– Бывает, – задумчиво протянул казак.

– Барин, а ты меня правда тут оставишь? – вдруг спросил мальчишка. – Я тебе всё-всё делать стану. Вот что скажешь, то и стану. Хочешь, крест целовать на том буду, только не гони. Я сильный, я работать могу.

– Не голоси, – чуть поморщился Егор. – Не стану я тебя гнать, ежели себя вести правильно будешь. Но учти, учиться тебе надо будет серьёзно. Мне умные, грамотные работники нужны, а не абы что на подхвате.

– Так я, барин, грамотный. В церковной школе учился, – подскочил сорванец. – И грамоте и счёту разумею.

– Это хорошо, но мало, – кивнув, усмехнулся Егор.

– Да как же мало-то, барин? – растерялся мальчишка.

– Ты тут поспорь ещё мне, щеня неразумное. Егор Матвеич ажно на шести языках говорит. Сам придумал, как бумагу делать, которую самому государю возят. Так что рот закрой и делай, что сказано, – проворчал казак так, что мальчишка невольно вздрогнул.

– Так я и не спорю. Спросил только, – пожав плечами, моментально включил мальчишка заднюю.