— Ладно, — хмуро бросил командир. Куда-то ушел и вернулся с бронежилетом и каской.

— Вот, наденьте. По крайней мере, с этим у вас будет больше шансов выжить.

— Вы с кого это сняли? — возмутилась было Анна Ярославна.

— Не переживайте, — правильно понял её командир. — Боец в отключке после целителя, так что претензий не предъявит.

Комарова натянула бронежилет, надела каску. Стоять во всём этом было непросто, весила защита изрядно. Пройти в больницу было легче лёгкого. Выйти вот будет сложновато. Она мысленно перебрала свои действия: отсняла раненых бойцов, окруживших больницу людей, даже лежащего на операционном столе Петра Семёновича. И, главное, пулю, которую извлекли из его тела. На ней была метка: три синих пояска. Специальная, против магов. А поскольку обстреливали джип сзади, значит, точно знали, кто внутри.

В душе Анны Ярославны стал закипать гнев. Она не противилась: так легче будут получаться боевые конструкты. С улицы донеслось:

— Срок ультиматума истёк, вы все покойники!

Она приготовила телефон и поспешила на позицию, которую определил ей командир.

Из окна, из-за шторы, была хорошо видна площадь перед больницей. Чёрные фигурки перебегали от укрытия к укрытию. Причем, пока одни бежали, другие активно стреляли по окнам. Если бы не щит, Анна Ярославна даже немного высунуться бы не рискнула.

Несколько пуль влетело в стекло рядом с ней и влепилось в противоположную стену. Со звоном осыпалось разбитое стекло. Комарова прицелилась, создала конструкт.

Ф-фух!

Яркий оранжевый шар стремительно пересёк площадь и ударил в чёрную фигуру, готовящуюся рвануть дальше. Раздался душераздирающий крик, фигура упала. От неё потянулся дымок. Проинструктированная командиром, Анна Ярославна упала на четвереньки и поспешила прочь из палаты, в которой укрывалась. И тут же по стене, по её верхней части, застучали пули.

В соседней палате окна были всё ещё целыми. Ненадолго.

Ш-шух!

Воздушное лезвие выбило стекло и через полсекунды надвое рассекло еще одну фигуру. В этот раз обошлось без криков. Анна Ярославна едва увернулась от брызнувших во все стороны осколков стекла. Разумеется, щит бы всё задержал, но она всё равно дернулась. Поспешила так же, на четырёх костях, в коридор. Укрылась, переводя дух, за стенкой. Несмотря на все щиты и бронежилеты ей было страшно. Теперь она вполне могла представить себе, как солдаты в первом бою прудят в штаны. Она сейчас и сама была от этого недалека.

Подошел командир.

— Здорово! — восхитился он. — Сколько вы еще можете сделать таких конструктов?

— Штук пять-щесть, не больше, — призналась Комарова.