— Босс. — успокаивающе произнес Козгар. — Все будет.

— Все будет. — улыбнулась пифия, и в ее щеках снова запорхали веселые бабочки. — Вот и прибыли! Добро пожаловать в Обсервер — лучшее заведение Уголька по меню и по шоу-программе. Сегодня на столах компот и мясо, а за окном — смерть и… мясо…

— И снова мое любимое. — широко улыбнулся я. — Черт! Звучит так же классно, как и мыло, что сварено из жирных сучьих гоблинских жоп… Тут такое не продается, кстати? Цветочками пахнет…

— Умеешь ты аппетиту прибавить. — вздохнула пифия. — Вываливайтесь.

И мы вывалились, оказавшись в широком коротком коридоре, что через несколько шагов резко раздавался в стороны. В его конце высилась небольшая стальная стойка, а за ней стоял улыбающийся гоблин в черной жилетке поверх белоснежной рубашки.

— Добро пожаловать в Обсервер. — показал он настолько безукоризненную белизну зубной цитадели, что невольно захотелось тут же отыскать зеркало и ощериться в него с проверкой — а насколько все желто и черно у меня?

Следующие минуты показали, насколько тут все было четко устроено — нас мгновенно провели в полутемный длинный зал с внешней стеной из стекла. Усадили за большой стол с красной скатертью, положили несколько кожаных папок с меню рядом со стопками полотняных салфеток. Стулья мягкие, столы настоящие, воздух напоен ароматом чего-то пряного и цветочного. Высший сервис… но все это я замечал, ощущал и обонял на полном автомате — потому как прилип к прозрачному стеклу, жадно глядя сверху вниз на него — на Зомбилэнд.

Что я увидел?

Парк.

Огромный, мать его, тенистый старый парк.

Если бы не правильное расположение деревьев, я бы решил, что смотрю на огороженный стеной немалый участок леса. Но деревья тянулись ровными шеренгами и высились в шахматном строю, расчерчивая территорию на участки. Дорожки, огороженные светлые полянки, затененные лужки, широкие аллеи. Пространства до жопы. Даже по самым мелким прикидкам до противоположной стены километра три. А может, больше. Квадрат с гранями три на три? Охренеть. Да еще заросший деревьями.

— Почему деревья стоят? — спросил я, продолжая изучать территорию.

— В смысле?

— Они помеха. Их надо завалить. Попилить. Растащить. На кой черт давать зомбакам лишнее место для укрытия?

— Верно. Но Мать запрещает рубить деревья. Сколько раз мне еще повторить, гоблин? Тут не поле боя. Это лечебница Тихие Буки для заболевших добросов.

— Ну да… — ответил я машинально, ползя взглядом по одной из аллей. — Вижу смутно здания в центре.

— Больничные заброшенные корпуса. Всего три корпуса, выстроенных в букву «Т». Вокруг ореол хозяйственных пристроек, гаражей и прочего. К корпусам сходятся все дорожки.