Ладно. Я снова двинулся вперед, ведя за собой группу. Стрельба не затихала.

— Система победила. — кашлянул я, обращаясь к шагающей рядом Джоранн. — Синий свет будет зажжен сегодня.

— Так уверен в нас, командир?

— Уверен. — кивнул я. — Но даже если мы сдохнем — мудрая хитрожопая Кассандра довершит дело. Пояснить, почему? Или сама?

— Что тут думать? Все на поверхности. Гномы пробили защиту этой цитадели. — ответила едва узнаваемая бело-красная Джоранн.

Кровь, белая пыль… мы похожи на освежеванные и покрытые панировкой куски мяса, готовые к зажарке. Зря я переживал о маскировке — теперь даже вблизи гномам будет тяжело понять, что мы не одни из них. Разве что по призму опознают, но он держится за спиной Рэка.

Джоранн тем временем продолжала:

— Зомбаки потратили немало ресурсов. Боеприпасы, взрывчатка, смертники, обученные бойцы. Так просто это не восстановить. И дело это небыстрое. Короче — мы сделали самое трудное. Кассандре останется лишь слизать вкусный желток. Но легче всего справиться именно сегодня. Завтра зомбаки восстановят часть численности и защиты. Послезавтра они станут еще сильнее, залатают еще пару дыр…

— Ты поняла принцип. — кивнул я. — Хорошо. А теперь будь хорошей девочкой и постарайся не сдохнуть.

— Ты все время меня сравниваешь с ней, да? С этой сраной Йоркой. Я настолько хуже нее?

— О чем ты?

— Она бросила тебя. Предала. А я иду за тобой в самое пекло, командир. Я лучше сраной гоблинши Йорки! Во всем!

— Прекратить бред, боец. И стреляй во все, что движется.

— Легко!

Вскинув дробовик, я дважды нажал на курок и тут же переломил оружие, выбрасывая гильзы. Лежащие на лестнице подранки, сумевшие стащить с себя шлемы и вяло моргающие запорошенными глазами разом превратились в двух безголовых дебилов. Ментальное состояние обрело физическое воплощение.

Дерьмо… опять наркота подает о себе голос. Когда я последний раз закидывался таблеткой? Я не помню такого. Но почему-то под языком знакомо и сладко горчит.

Выстрел. И вместо малого красного плукса разбрызганное зеленое пятно на ступени. Выстрел. И нога с сорванной взрывом защитой отлетает в сторону, кривит рот в безумном крике деваха с вытатуированными усами и бородой. Джоранн сует ствол под прозрачное забрало ее шлема и жмет на курок. Шлем заполняется ало-желтым бульоном, дергающееся тело выпускает оружие и сползает по ступенькам. Выстрел. Рот старого крикуна становится кровавой багровой дырой — и в конце сраного тоннеля я вижу свет! Он все же есть! А в свете том я вижу морду отшатывающегося мужика. Я стреляю прямо сквозь дыру в теле и лицо мужика взрывается — равно как и дыра, что позволяет замолкшей башке благополучно улететь. Выстрел… выстрел… выстрел…