— Легко. Умрет люто. Про смерть девушек и пожирание — жертвоприношения?

— Нет. Вовсе нет. То вроде как работа. Но если ты подолгу возишься с тварями, любящими сладкое людское мяско… ты и сам начинаешь разделять эти взгляды. Зевера была наказана, была изгнана, понижена в статусе за то, что заставляла плуксов притаскивать ей вкусных молодых девушек. Ее поймали, когда она, голая, полубезумная, стоя на карачках бок о бок с плуксами, живьем жрала воющую девку… Зевера мечтает вернуть статус. Мечтает снова стать почитаемой жрицей. Она сделает все, чтобы выполнить задание золотого лидера Турриона. Ты, Оди, вернее твоя тупая голова — ее пропуск к прежней сладкой жизни. Ее талон на мясо.

— Статус — это золото и серебро?

— Золото и серебро. Не имея даже серебряного статуса, ты будешь жить почти как гоблин. В тех же темных одинаковых коридорах. Нет входа в особые красивые зоны. Нет входа в действительно просторные места. Жизнь без серебра — жизнь крысы в крысиных норах. Серебро — жизнь нормального гнома. Золото… ох золото… я закончил. — отбросив флягу, старик прикорм поднялся и скомандовал призму: — Давай, урод. Помоги дедушке отправиться в последний полет.

— Может, — Хван наметил удар по шее старика, — так быстрее… и не так больно, наверное.

— Наверное, — передразнил его старик. — Кто тут боится боли, щенок⁈ Делай, что сказано, и не будь плаксивой бабой!

— Ты же не сопротивляешься…

— Каппа, — вмешался я, — окажи уважение старику.

— Убей их всех, Оди! — схватившийся за край окна старик тяжело шагнул на подоконник, отпустил упавший на пол дробовик. — Убей их всех!

— Ага. — отсалютовал я ему револьвером, что непонятно как снова оказался у меня в руке. — Убью.

Одно движение мечника… и старый наставник Прикормов стальным бруском рухнул с третьего этажа. Будто приняв это за сигнал, крики спорящих утихли, и вражеский отряд начал медленно втягиваться на четвертый этаж. И у них это получилось — с четвертого этажа не доносилось ни звука.

— Не вздумайте даже пальца за окно выставить! — предупредил я занервничавших бойцов и встал. — Сейчас начнется… Ладно. Пора кончать с этим дерьмом. Пока не отдам приказ — не останавливаться! Игнорировать все! За мной!

С легкой неохотой оставив еще теплых и таких удобных для сидения и закидывания ног мертвецов, мы миновали дымящуюся гору мяса и в быстром, но не суматошном темпе направились к лестнице на четвертый этаж. Я задавал ритм, и с каждым двадцатым шагом он становился чуть медленнее. И не по моей вине. Гоблин торопился! Но вот там наверху что-то нихрена не спешили.