Так мы и сделали. Ночь выдалась глухая, луны в небе едва угадывались. Я провел ялик между прибрежными камнями, мои гребцы только кряхтели, полностью полагаясь на мое чутье. Мы благополучно выволокли лодку на клочок песчаного пляжа.

— Мне здесь не нравится, джентльмены, — сообщил я, озираясь. — Вокруг полно тропинок.

— Где? — дуэтом вопросили разведчики, пялясь в темноту.

— Левее и выше, — объяснил я. — А у вас, доктор, под сапогом яичная скорлупа.

— Это беленькое? — Док поднял внезапный трофей. — Черт возьми, здесь кто-то жрал настоящие куриные яйца!

— Весьма обитаемое место, — осознал Сэлби и принялся расстегивать кобуру.

— Полагаю, проводить разведку здесь — не лучшая идея, — высказал я свои сомнения.

— Раз мы уже на месте, стоит рискнуть, — Док решительно закинул на плечо ремень винтовки.

— Но на ялик могут наткнуться.

— Не трусь, Энди, оглядимся и назад, — вдохновился солдат. — За мной!

Через дюжину шагов он уперся в камни — на тропинку выводил уступ левее.

— Ну и темнотища, черт ее раздери!

Порядком взмокнув, мы взобрались на кромку обрыва.

— В сенегальской заднице и то светлее, — промычал Док, падая задом на камень. — Только море и видно.

Мы смотрели на серебристую рябь с зияющей тьмой провалов невидимых островков и камней. Где-то среди них притаился и «Ноль-Двенадцатый» — еще одно чернильное пятно, кажущееся неодушевленным.

— Что ж, идем дальше, — выдавил измученный сэр-солдат.

Я повел их по тропинке вниз, мы перебрались на другой край расщелины, начали подниматься. Моим до зубов вооруженным спутникам было тяжеловато, мне же, отягощенному одним ножом на поясе, приходилось все время сдерживать шаг. Пришлось выбрать более пологую тропку и не идти напрямик.

Каменистый откос еще хранил дневной жар, и, очутившись на плоской макушке холма, я с облегчением подставил лицо западному ветру. Он нес легкие привкусы дыма, свежего хлеба, фруктовых деревьев, пополам с запашками нечистой загаженной воды, сырых кож, навоза… Город чувствовался во всю, хотя до него еще было далековато. Взглянув в ту сторону, я замер:

— Джентльмены, но этого не может быть…

Мы смотрели и в бинокль, и невооруженным взглядом. Сначала череда мелких бухт с нависающим над ними бастионами обрывов, далее угадывалась начинающаяся дуга глубокой бухты, нитка мола, красная искра на башенке маяка… И город. Вернее, его видимый край с едва различимой оборонительной стеной и башнями…

Город был велик. Нет, если говорить честно, он был громаден!

— Черт возьми, да тут городок размером с Ливерпуль, — с неуместным восторгом прошептал Док.