Дорога прошла спокойно, мокрый снег налипал на лобовое стекло, я зевала, а Майлз уверено вёл машину – мощный внедорожник, которому ухабы на холмах и мокрый снег нипочём.
Позвонила доктор Ригли. Её доводы оказались убедительными, тётю Шерон убил оборотень. Дело в том, когда сравнили ДНК крови под ногтями жертвы и шерсти, они оказались идентичны. У людей не растёт шерсть, сказал Майлз, и если взять шерсть животного, и после проведённого анализа выясниться, что в ней есть ДНК человека, смело можно искать оборотня. Так сказал мой напарник, а я удивлялась, отчего ни одна лаборатория не вывела ещё оборотней на чистую воду.
– Да есть в каждом участке и в морге наши люди. Договор о неразглашении ничто не отменяет.
Наконец-то мы приехали, пронеслось в голове. Перед глазами туман, однако, Майлз потащил меня в паб, где хозяин с радостью встречая Прескота обнял его. Засуетился, глядя на меня сальными глазами, велел принести жену ужин, а потом и сам сел к нам за стол, прихватив из бара бутылку ирландского виски.
Я отказалась от выпивки, хотя промёрзла до костей. Жена хозяина приготовила мне вкуснейший грог. Тепло разливалось по венам, а голова оставалась светлой.
Хозяин паба оказался тем самым хранителем, он бросил в мою сторону снова подозрительный взгляд, а Майлз уверил товарища, что при мне можно говорить обо всём и что я подруга Фила. Прескот называл товарища Толстяк, тот качал головой, вспоминая Фила и поднял стакан с напитком чайного цвета, говоря, какой тот был хороший парень и как жаль, что его уже нет с нами.
Майлз и Толстяк, имени которого я даже не знала, пили до рассвета. Я ушла в приготовленную комнату и легла спать. Глаза закрывались, и хотелось покоя.
Мне снился дом, а ещё мама с папой, когда я была маленькой девочкой.
Я оказалась в том самом заброшенном доме в Чарлтоне в кругу старых друзей. Мы разглядывали старинную книгу, которую нашёл Фил. Он был среди нас, но совсем ещё мальчишка, таким, каким я полюбила его, в те годы, не думая, что это за чувство. Мы дружили, и он мне очень нравился.
Я услышала голос, обернулась, открывая глаза, понимая, что сижу в кровати в полной темноте.
– Отпусти прошлое, – это был голос любимого, только я не видела его.
– Где ты?
– Меня уже нет здесь. Ты справишься, я верю в тебя, поэтому мне предстоит дальняя дорога.
– Разве ты больше не вернёшься, Фил?
Мой голос наполнился слезами.
– Ты же должна быть счастлива, как и обещала мне, – я слышала, как он улыбался, и снова захотела ощутить его объятия, его губы. – Нет, Сара. – Он словно качал головой, я представляла его длинные тёмные волосы, колышшиеся в такт движению. – Я не смогу вернуться и помогать вам, как бы мне этого не хотелось. Дверь для меня открылась, и теперь я смогу лишь стать ангелом-хранителем, оберегающим вас.