Мне не хотелось сейчас спорить. Перед глазами стояла уродливая морда паромщика, изъеденная червями, а потом рыжеволосой женщины, напавшей на Майлза. Демон вселился в паромщика, сожрал душу человека, у которого семья, дети. У всех нападающих была другая жизнь, и никто из них и подумать не мог, что станет сосудом для слуг Аримана.
Я зажмурилась, а когда открыла глаза, почувствовала на себе взгляд Майлза. Лёгкий гул одномоторного самолёта Джошуа убаюкивал. Нет, спать не хотелось, но понемногу я пришла в себя и успокоилась.
– Ты билась отважно, – шепнул мне на ухо Майлз. Я кивнула, спрашивая,как же Логану удалось отцепиться от тех чёрных щупалец. Прескот упомянул о ножах и пулях, которые с успехом обезвреживали демонов.
– Однако, чтобы уничтожить демонов необходимы более сложные заклятия, пентаграммы, святое масло из Ватикана, кровь Христа из Иерусалима. Но можно ли теперь, зная, кто правит Ватиканом назвать это место святым? – выпалила я.
– Люди могут изменить себе, а место можно только осквернить. При всё при том, оно останется святыней, – ответил Джошуа.
– Ты думаешь, нам придётся отравиться туда?
– Сара, я не могу знать всё наперёд, – улыбнулся вампир. – Это вопрос к тебе, к твоим видениям. Знаю, ты умеешь вызвать их. Вот подумай лучше о Зиндело, что ждёт нас в Хуморе?
Видения призывать сложно, последний раз я это сделала в Луксоре, когда необходимо было отыскать вход в пирамиду. Сейчас гул самолёта мог помочь сосредоточиться, как и любой монотонный звук. Майлз коснулся губами моей шеи, шепча, что Джошуа прав и стоило бы воспользоваться даром, чтобы подготовиться к будущей встрече с эльфом в Хуморе.
Я пыталась сосредоточиться, закрыла глаза, представляя старинный монастырь, разрисованный фресками. Краска за многие века почти не потускнела. Даже бомбы фашистов во время второй мировой войны не уничтожили Воронец – святыню местечка Хумор.
Под ногами лёгкий снежок. Я оказалась там близ Воронца. Воздух свежий, морозный не то, что у нас в Лондоне, пропахшем машинами и сыростью. Кое-где под деревьями пробилась трава, видимо снег выпал недавно. Я подняла лицо к небу. На нём ни облачка, оно чистое, яркое, голубое.
За спиной звук шагов. Незнакомец высокий в обычной одежде. На нём серые джинсы, куртка с капюшоном. Ничего примечательного. Он не видел меня, так как я окунулась в видение, здесь лишь витал мой бесплотный дух, пока тело пребывало в самолёте.
Мужчина откинул с головы капюшон и, остановившись, рассматривал здание монастыря. Уши эльфа с длинными острыми кончиками, на указательном пальце правой руки массивное кольцо из серебра с символами. Каштановые волосы рассыпались по плечам. Это Зиндело, я уверена в этом. Он снова набросил капюшон на голову и двинулся к зданию святыни, сунув руки в карманы. Почему-то мне казалось, что Воронец заброшен, но там жили монахи. Их немного, в зале молятся всего трое старцев с длинными седыми бородами. Зиндело подошёл к одному из них, что-то сказал на румынском, я не смогла разобрать и тот, кивая, поднялся с колен, приглашая следовать за собой.