Родители не стали дожидаться меня, а я решила после вкуснейшего бабушкиного пирога остаться у неё переночевать. В старом доме Амелии пусть и неважное отопление, она подбросила горючего в камин, а я устроившись у огня вытянула перед собой ноги в полосатой тёплой пижаме и вязанных бабушкиных носках.
– Что ты думаешь, Амелия? – спросила я бабулю, рассказав о таинственной жизни Ригли, – его можно спасти или всё, дороги назад нет?
– Дороги назад нет только у того, кто продал душу дьяволу, Сара. Тут ещё, как я подозреваю, не всё так плохо, хотя печально и весьма. Поговори с теми, кто знает его, тебе станет проще понять ту сторону парня, которую все знали. Ты же больше изучила тёмную половину его души. Главное понять, куда и зачем он отправился с Монтгомери. А фото медальона натолкнуло меня на одну мысль.
Я внимательно слушала Амелию и удивлялась, как поразительно быстро работают её мозги. Мне уже хотелось спать после сытного ужина, а бабуля ещё раскладывала карты, чтобы определить мой завтрашний день.
Что касаемо медальона, бабушка вспомнила, как я лишилась её подарка и поделилась догадкой, что вещица из магазина «Магия и сувениры» на углу Криспин стрит и Уайт роад не так просто попал к Ригли, как и его отец неспроста обратился именно к Саре.
– Интересно, как же он нашёл тебя? Насколько я помню, в конторе Гэвина не висит объявление, что с помощью магии и паранормальных способностей некая Сара Макмилан отыскивает пропавших людей.
– Об этом я как-то не подумала.
– Хотя всё может быть и случайностью.
– Амелия, – я хлопнула себя по коленям, – совсем забыла, он, оказывается, знает тебя, так и сказал, я от Амелии Блэр.
– Странно, – бабушка задумчиво взглянула на меня. – Только я никакого Джона Фореста не знаю.
–А может он представлялся другим именем? – я попробовала описать Джона, и бабуля вспомнила его, сказала, что помогала наладить семейную жизнь его и супруги.
Мы проговорили до позднего вечера и когда старинные часы на стене пробили час ночи, Амелия отправила меня спать.
Утром я первым делом поехала в школу, где представившись из детективного агентства, решила расспросить сначала директора школы о Ригли.
Педагоги называли мальчика воспитанным, тихим, он отлично учился и подавал надежды на поступление в престижный колледж туманного Альбиона.
Никто не слышал о травле одноклассников. Этому факту я была очень удивлена. Неужели никто не замечал очевидного: грязную форму и рюкзак, синяки и ссадины. Школа явно нехотела оказаться крайней в исчезновении Ригли.
Одна из одноклассниц Фореста догнала меня и попросила, чтобы нас никто не заметил, тогда она сможет кое-что рассказать.