– Что вы, – улыбнулась я, как можно добродушнее. – А где девочки, сегодня я их что-то не вижу.
Няня сжала губы, бросая взгляд в сторону одной из комнат, и поторопила нас. Свою спешку, она объяснила приготовлением ужина и тем, что утка в духовке ждать не будет.
В комнате Анны царил полумрак, шторы занавешены, сама женщина, лежащая под белой простынёй, напоминала мертвеца. Измождённое лицо с впавшими глазами, худоба не свойственная занятиям спорту и правильному питанию.
Стены будто бы пропитались запахом старости. Я ощущала здесь чьё-то присутствие, как будто кто-то ещё минуту назад находился в комнате. Дуновение ветра по ногам и это чувство, что за нами наблюдали исчезло вдруг.
– Эти люди из полиции, и они хотят поговорить с вами, – пробормотала няня, склоняясь над ухом миссис Эбот. Та махнула рукой и попросила старуху, чтобы та помогла ей сесть в кровати.
– Принеси господам кофе, Нора, – проговорила слабым голосом женщина. Няня буркнула, что у неё много дел на кухне, а миссис Эбот сказала, чтобы тогда она оставила их наедине.
– В самом деле, хуже мне уже не будет, – она слабо улыбнулась, поворачивая к нам лицо, покрытое синюшными пятнами.
Не похожа она на ведьму, пронеслось в мыслях, скорее на человека над которым нависло проклятие. О простой болезни я и не думала и спросила, не можем ли мы впустить в комнату немного света. Анна покачала головой, говоря, что свет пробуждает приступы мигрени и теперь она боится раскрывать шторы.
– Включите ночник, так я смогу лучше разглядеть вас. Вы же говорили с моей дочерью?
– Да, они уже были здесь,– ответила за нас Нора, сцепив руки на белом переднике.
– Дорогая, – в голосе Анны появились повелительные нотки. – Всё хорошо, ты можешь оставить нас.
– Как только господа будут уходить, позвоните в колокольчик, чтобы я проводила вас.
Старуха никак не могла взять в толк, что не она решала, кому и когда уходить из дома людей, на кого работала. Ушла она неохотно, прикрыв не до конца за собой дверь. Мы с Майлзом подвинули стулья, стоящие у стены к кровати больной и ещё раз извинились за внезапное вторжение.
– Примите наши соболезнования по поводу гибели супруга, – начал Майлз, – полиция бессильна в некоторых вопросах и тогда за дело берёмся мы.
– Я знаю кто вы. – Голос Анны как мне показался, стал твёрже. – Закройте поплотнее дверь, - попросила она меня, а потом громким голосом добавила: – Нора, у тебя много дел внизу!
Подойдя к двери, я услышала удаляющиеся следы няни. Старуха намерено не закрыла дверь, чтобы подслушать разговор, а теперь ей пришлось ретироваться.