Задавая вопрос, вспомнил утренний разговор с императорскими «дружбанами», чтоб их… Тогда, наслушавшись интересностей, я сделал однозначный вывод: компания придворных аристократов пытается шпилить в капиталистов-империалистов. Игру свою они затеяли с использованием приближённости к царю-батюшке, и спекулируя естественными задачами Российской империи по расширению своей сферы влияния и обретению новых рынков сбыта…

«А что не так-то? Вполне естественная тема, когда бывало по-другому?..» — имея в запасе кое-какие исторические знания я понимал их мотивы, однако…

Однако ещё мне было известно, чем закончится эта история с бездумным, непродуманным проникновением в Китай и Корею на французские деньги, кои были вложены в возглавляемый Эспером Ухтомским банк.

— Существует мнение, что интересы Японии прямо противоречат нашим. И что следует твёрдо указать японской империи на своё место, — с осторожностью ответил Лобанов, в целом поддерживая звучавшие утром бравурные заявления жадных до денег и славы господ.

«Лобанов также придерживается этих идей? А я про него лучше думал…» — с некоторым разочарованием решил я, но затем проскочила ещё одна мысль: «Стоп! Он же с Никки говорит… А как я понял из сегодняшней беседы в парке — Никки вполне разделял мнения своих ближников. Вот Лобанов и подстраивается под мнение царственного патрона! Может такое быть? Ещё как… Но также вероятно и обратное — Лобанов вполне может олицетворять мнения широких провластных кругов и сам искренне его разделять».

Окончательно запутавшись в предположениях насчёт истинных мотивов министра иностранных дел, я предпочёл временно плюнуть на этот вопрос и сказал:

— Ладно, с Японией пока оставим. Так что там у нас интересами в Китае?

— Север Китая беден и кишит различными шайками и сектами, государь, — пожал плечами Лобанов. Там часты засухи, урожаи скудны, а местный люд голодает. Империя Цинь слаба и представляет лакомый кусок для европейских держав.

Сказанное меня частично удивило, поскольку ранее я неоднократно встречал измышления о том, что расположенная южнее нашей Сибири Маньчжурия кормила Пекин и могла бы стать крупным поставщиком продовольствия на Дальний Восток. А выходит, что китайским крестьянам, как иногда и в России случается — жрать нечего[2]. Похоже весь урожай вывозят!

«Стоит ли туда лезть в таком случае?.. Может вернуться к основному проекту строительства дороги вдоль Амура?» — подумал я. — «Стоп…»

Какая-то мысль, явно навеянная разговором о северо-китайских делах, мелькнула в моём сознании и исчезла. Пришлось уйти в себя, напрячься… Мне казалось, что я упускаю нечто важное…