— Пока рано говорить, расследование инцидента ведется, — говорит Макото-сан и отпивает еще глоток из своего бумажного стаканчика: — однако то, что некие злоумышленники похитили твою одноклассницу — это совершенно точно. Благодаря помощи неравнодушных граждан… гражданина — мы смогли пресечь преступление в самом его начале. Неизвестно для чего им понадобилось это похищение, какова была его конечная цель, однако ты же знаешь, что Шизука не дочка магната или главы корпорации, выкуп за нее не потребуешь. Так что выбор версии не сильно богат. Для чего может понадобиться преступникам молодая красивая девушка? Вижу, ты понимаешь меня, Кента-кун. Ты будешь удивлен, как часто все эти городские байки о продажах на органы или вовлечении в проституцию — оказываются правдой. Гораздо чаще чем хотелось бы. На руку преступникам играет и то, что местная полиция в таких вопросах… не всегда расторопна. Похитить девушку, изнасиловать ее, снять весь процесс на камеру, а потом шантажировать записью, вынуждая работать в секс-индустрии, сниматься в порно или даже просто ублажать этих тварей — к сожалению такое бывает чаще чем об этом говорят. Девушки в большинстве боятся обратиться за помощью в полицию, да и полиция на местах ведет себя… не всегда приемлемо. Чем провинциальнее городишко, тем страшнее истории, заметаемые под ковер.

— Никогда бы не подумал, — говорю я. На самом деле в это легко поверить. Та же самая система «лучше кость сломать чем имя» и опять «ложечки-то нашлись, а осадочек остался». Любой скандал с твоим именем, особенно такой — и пиши пропало, ты пария в обществе. Кто там кого насиловал, это дело десятое, но то, что вовлечена во что-то неприличное, значит — шлюха. И неважно что не по согласию и от тебя ничего не зависело, осадочек-то остался. Вот и молчат девушки о таком, а каждое такое молчание — поощряет уродов. Ведь на преступления толкает не только желание наживы или там животная страсть. Самым важным является надежда на безнаказанность. Если преступник совершенно точно знает, что его накажут, то в большинстве случаев он воздержится от совершения преступления. Но чем больше таких вот молчаливых жертв — тем более уверенность в том, что сойдет с рук. Ну, а раз сойдет с рук — так чего стеснятся? Похитить девушку на пустынной улице, или увести пьяненькую из бара, где она в пятницу конец рабочей или учебной недели отмечает — легко. Очень легко. Никто и слова не скажет, потому как приучены не лезть в чужое дело. Глаза спрячут вниз и промолчат. И не потому, что боятся, японцы, они боевые могут быть, потомки самураев все-таки. Но тут — промолчат, потому как — не их собачье дело. Так уж воспитаны — не обращать внимания.