— А ты, Ю-тян? — спрашиваю я у Юрико: — не хочешь в сторону отпрыгнуть, пока есть время и возможность? Потом такого удобного случая может и не представится.

— Я не самурай. И не японка. Ну, то есть наполовину. Меня все эти заморочки не трогают. — отвечает Юрико: — я простая девушка, мне было бы что поесть и где голову на подушку положить. Вот только я совершенно точно знаю, что самое безопасное место в минуту кризиса — это позади тебя. Я не понимаю твоих мотивов, не знаю, чего ты собираешься этим добиться, но я знаю, что ты никогда не бросишь тех, кто в тебя верит. И я намерена этим воспользоваться, открыто и бесстыдно. Я в тебя верю, Кента-кун.

— Хорошо. Я тебя понял. Что до тебя, Кексик, то я даже спрашивать не буду. Я знаю, что ты ответишь.

— Какая жалость, — наклоняет голову Бьянка: — а я целую речь приготовила. Хотя, вру, не готовила. Я бы просто тебя чем-нибудь ударила за такой вопрос, мой Puddin', желательно — по голове. Но ты — умный, не стал задавать этот вопрос.

— Инстинкт самосохранения, знаешь ли. Никому не охота получать по голове отравленной сковородкой.

— А вот от нее я бы подальше держалась, но не выходит. — добавляет Юрико: — она ж все время с тобой рядом крутится. Сковородка тоже отравлена⁈

— Предательский снаряд в твоей руке, наточен и отравлен гнусным ковом. — говорю я, стараясь подражать речи Лаэрта: — она все вокруг травит. Своим существованием. Но это сладкий яд. Мне нравится.

— Все на свете суть яд и суть лекарство, — поднимает палец Бьянка: — разница только в дозировке.

— На самом деле мне нужна твоя помощь. — говорю я: — мне нужно удостоверится кое в чем. Ведь если на самом деле Зрячий тут не при чем, а мы его уже заклеймили тут, то все, в чем он виновен — это хреновый менеджмент. Тоже, конечно, не очень, но все же не преступление. Я же встречался с ним и совершенно точно могу сказать, что он скорее духовный лидер, чем администратор. А это значит, что кто-то все же занимается такими вопросами, иначе и быть не может. У него в прямом подчинении огромное количество людей, скоординировать их, направить, организовать — для этого нужен административный аппарат. И талантливый администратор. Который распоряжается всем от лица Зрячего. И слова которого — считаются словами самого Зрячего, пусть даже это не так.

— Серый кардинал? — хмыкает Юрико: — человек, который на самом деле управляет этим культом? Но… если его заместителя уже взяли с поличным, на похищении Шизуки, то… нет, погоди. Если в Обществе Божественной Истины от лица Зрячего действовал некий администратор, если все это время именно он и управлял Обществом, если это все его рук дело — то не мог он вот так попасться! Если это он и дает Зрячему картину мира, докладывает о том, как все есть, если Зрячий верит ему — а иначе и быть не может, все эти годы он скармливал ему информацию, он же вроде фильтра там стоит, пропускает только то, что ему нужно! Зрячий никак не мог бы его заподозрить, ведь он и есть по сути его глаза!