— Именно. В любом случае — допускаем ли мы что Зрячий нас обманывает и сам всем занимается, или допускаем что это кто-то от его имени делает — преступник в любом случае на свободе и ему ничего не угрожает. Как минимум мы должны разобраться в этом, а сделать это снаружи, да еще и под таким давлением со всех сторон — не представляется возможным. Когда я сдамся Зрячему со всеми своими потрохами и вступлю в его культ — я смогу узнать обо всем изнутри. Кроме того, одним камнем двух зайцев — от нас наконец отстанут. От моей семьи, от Соры и Косум. От отца Натсуми и самой Натсуми.

— А мне терять нечего, — хмыкает Юрико: — у меня позвоночник достаточно гибкий. Я все выдержу.

— К сожалению мне нужен мой Кексик, без нее ничего не получится.

— Конечно. Без меня никогда ничего не получается. — не моргнув глазом, кивает Бьянка: — иногда и со мной ничего не получается, но это частности. В конце концов мы можем всех их убить. Если они все плохие.

— Тогда… какой у тебя план? Просто подойти к его поместью и выбросить белый флаг? — спрашивает Юрико: — не боишься, что тебя в процессе инициации или какого-нибудь обряда очищения от скверны мирской — попросту запытают до смерти? А потом продолжат нас преследовать — если предположить, что он гнусная и мстительная тварь, кто бы он ни был?

— И такое возможно, — соглашаюсь я: — вот как раз чтобы такого не произошло, моя капитуляция должна быть очень публичной. Вот прямо на сцене, под светом софитов и приглашенной прессе, при стечении публики. Торжественно. Зрячий такое одобрит, должен на это пойти. Я попрошу об этом как о дополнительной гарантии, дескать, чтобы все твои люди от моих отстали — нужна такая церемония. Ведь какие-то из его фанатов-доброжелателей вполне могут действовать не по прямому приказу, а по зову души. Вот я уверен, что никто не давал команды мою маму из Комитета Соседей по благоустройству квартала выкидывать, мелко это. Но поди ж ты, какая-то сволочь все же проявила инициативу. Так что публичное принятие моей капитуляции — это необходимое условие. Так все будут знать, что между мной и Зрячим больше нет вражды, топор войны закопан и все такое.

— А если это будет публичным, то на какое-то время ты в безопасности. — кивает Юрико: — пока шум не уляжется никто тебя убивать не будет. И даже калечить. Но это только на некоторое время, буквально на месяц.

— Мне больше и не надо. — отвечаю я: — мне нужно решить две проблемы — публично завершить конфликт моей капитуляцией и найти вопрос на ответ — управляет ли сам Зрячий своей собственной организацией или нет. Вот и все.