— Только одни из нас выйдет из осколка, — сказал я убежденно.

— Это правда, — она кивнула, — и сегодня ночью Теуд сделал все, чтобы убить тебя. Будь осторожен.

— Я всегда осторожен.

— Я знаю, — улыбнулась Аркана.

— Ты хотела сказать только это? Мне не стоит слишком надолго отлучаться от лагеря.

— Еще только пара слов, — улыбнулась Аркана, — во-первых, ты открыл вторую способность.

— Да, — я улыбнулся, — но бога мне убивать не пришлось.

— Верно, — она кивнула, — ведь силы, что дала тебе кровь Льёда, лишь немного не хватило, чтобы открыть ее. А кровью того мага ты добрал недостающее и открыл щит антимагии.

— А во-вторых?

— А во-вторых, — начала Аркана, — я узнала кое-что о похоронах. Это не совсем похороны, это тайный ритуал, куда стремиться все чужие боги, чтобы разделить между собой…

— А с кем вы говорите? — Услышал я за спиной молодой голос. Обернулся.

Это был Атрей Хромос — мальчишка, которому предстояло открыть завтра свою ульту. Худощавый и невысокий, в свои восемнадцать лет он выглядел как ребенок. Его бледное лицо было хорошо видно даже в темноте.

— С тобой, конечно, — стал я так, чтобы закрыть Аркану своим телом, — Атрей, сын Александра.

— Со мной? — Округлил глаза Атрей.

— Ну да. Не с феями же этого вонючего озера.

Он рассмеялся. Аркана за моей спиной ехидно хмыкнула.

— Вы оскольщик, верно?

— Верно.

— Можно мне подойти?

— Почему ты не в лагере?

— Я убежал.

— Зачем?

— Устал от их разговоров. Отец и его друзья только и твердят о моем долге и том, какой завтра тяжёлый и важный день. О том, что завтра решается моя судьба, — Атрей замолчал, опустил глаза, — мне и так тяжело, а они еще и нагнетают. Вот я и сказал, что мне надо по нужде, и убежал от сопровождающих гвардейцев.

Я украдкой оглянулся и увидел, что Аркана исчезала. А потом снова посмотрел на парня. Он казался очень одиноким. И, вероятно, таким и являлся, раз уж выдал на духу все свои переживания первому встречному. Ведь в его глазах я лишь оскольщик. Ему не так важно, что я подумаю. А высокогорные дворяне за эти слова обвинили бы Атрея в слабохарактерности.

— А что здесь делаете вы? — Медленно пошел ко мне он.

— А я и правда по нужде, — улыбнулся я.

— Ой, — Атрей замер, — я помешал вам?

— Да не. Я уже все.

— Можно я побуду с вами? У меня уже голова болит от лагерного гула.

— Можно, — пожал я плечами, — правда, я собираюсь уходить.

— Прошу вас. Останьтесь не надолго. Одному мне будет не по себе.

Атрей приблизился. Я же, принялся метать камни в бурлящую воду озера. Мальчишка, помолчав немного, принялся повторять за мной.

— Вы младше, чем я думал.