Когда он стал спускаться по ступеням, то пропустил наследницу вперед. Сам же замер на месте. На мгновение он обернулся и скользну взглядом по носильщикам урны. Скользнул взглядом по мне. Мне показалось, что он застил свое внимание на как раз на мне. Однако, с уверенностью сказать было нельзя.
Я решил, что раз уж не поднимают тревогу, то пока все идет по плану. А если и не пойдет… То по крайней мере у меня есть запасной план действий… Правда, он мало кому понравится. И мне тоже. Но ничего не поделать.
Птар, он же князь Ивор Патрицин, наконец зашагал вниз, к входу в склеп. Когда его широкая спина скрылась в темном проеме, пришел наш черед.
Поступила команда, и носильщики чинно зашагали к лестнице. В их рядах шагал и я. Мы принялись аккуратно спускаться, держа подиум так, чтобы урна стояла ровно. Это было не просто, но я очень старался.
Под похоронный марш мы внесли прах Льеда в темноту склепа. Тяжелая, каменная дверь, подгоняемая каким-то механизмом, внезапно закрылась за нашими спинами.
По беспокойному поведению остальных гвардейцев я понял, что такого раньше не происходило. Никто не закрывал дверь. Теперь же, носильщики-гвардейцы нервничали. Хотя заметить их нервозность с первого взгляда было практически невозможно. Однако я видел ее.
Мы попали в небольшой овальный зал с колоннами, подпирающими потолок по периметру. В центре стоял каменный алтарь, перед которым замерли мы. За ним стояли все Чужие боги и их наследники. Они внимательно смотрели на нас.
— Ну что, братья мои, — наконец-то начал князь Патрицин, он же Птар, — наконец-то мы снова встретились с ним, — он указал на конвой носильщиков рукой. Все боги вокруг хищно уставились на нас.
— Ну что же ты, дорогой друг? — Продолжил Птар, — выйти к нам ближе, и займи полагающиеся тебе место, — проговорил он, глядя на меня.
Глава 29
Я напрягся. Сжал зубы. Неужели раскрыли? Точно сказать было нельзя, однако, я приготовился к бою. Принялся просчитывать возможные шаги, думать о том, что же сделаю, если вдруг придется сражаться.
Брошу чертовы носилки с прахом и стану орудовать ножом. А там уже будь что будет…
Внезапно взгляд Птара перескочил с меня на урну.
— Давай! Брат наш! Присоединись к нам!
Две женщины в скромных черных одеждах приблизились справа и слева. Взяли урну с прахом, медленно и чинно понесли ее к пьедесталу.
Так вот, о чем он говорил… Это обращение предназначалось не мне, а праху Льеда. Значит, я пока еще не раскрыт. Ну прекрасно.
— Прошу вас братья мои, члены Пантеона, — начал Птар, — станем в круг, чтобы вернуть силу нашего погибшего брата, заключенную в его прахе! Пусть живет снова в каждом из нас!