Я смотрел на него холодно. В темноте было видно, что вся нижняя часть лица Мальсона превратилась в кровавое месиво. Он говорил с трудом, потягивая и жамкая слова.

— Я должен был…

— Мне все равно за что, — перебил его я, — ты ссаный психопат. И не имеет никакого значения, почему ты решил убить Лику. В твою больную голову скорее всего пришла какая-нибудь идиотская мысль.

Мальсон замер. Его глаза округлились, и он даже как-то обиженно посмотрел на меня.

— Что ты несешь⁈— воскликнул он, — Ты думаешь, у меня не было причины⁈ Думаешь, она умерла просто так⁈ Она это заслужила! Она!

Я подлетел к нему в мгновение ока и дал ногой по почкам. Он крикнул и закашлялся. Тогда я добавил еще и по печени. Пока Мальсон корчился на земле, я опустился и отобрал у него кастеты, разбросал в разные стороны.

— Тебя послал Патрицин, — схватил его за грудки я, — рассказывай! Быстро! Что ты знаешь об их планах⁈ Ты здесь, просто чтобы убить меня⁈

— Я убил Лику, — расплылся он в кровавой улыбке, — потому что у нее были голубые глаза. Они сводили меня с ума. Они смотрел и смотрели. И так редко закрывались, — забормотал Мальсон, как безумный, — так редко закрывались! И только смотрели! Я не мог этого так оставить!

Я стиснул зубы, схватил его за голову. В следующее мгновение, резко ударил его шейные позвонки об колено. Хрустнуло. Ноль захрипел, а его кадык странно выдался из шеи.

Я брезгливо отбросил тело.

— Сумасшедшая тварь, — сплюнул я на труп.

Вернувшись к мальчишке, я схватила его и взвалил на плечо, с трудом поднявшись, побежал к лагерю. Когда увидел, что навстречу идут гвардейцы, закричал им. Они побежали к нам.

— Что произошло⁈ — Крикнул один.

— Это Атрей Хормос! У него припадок!

— Что⁈

Я вручил им мальчишку.

— Там, у озера, — начал я, — два ваших мертвые, а третий труп — убийца, которого подослали в лагерь.

Гвардейцы переглянулись. После двое из них побежали со мной к лагерю, а трое к озеру.

— Сын? Сын! — Закричал герцог Хормос, когда мы притащили Атрея в его шатер.

Шатер был большим и с несколькими отсеками. В самом просторном из них сидели за большим столом дворяне и члены их семей. Я видел, что и Теуд был здесь. Он мастерски изобразил удивление.

— Что с ним⁈ — Вскочил он.

— Нужен маг-усилитель. У него припадок, — я без затей смел блюда и тарелки со стола. Мальчишку тут же разместили на деревянной столешнице.

— Проклятье, — пошатнулся барон Ордосский, — что такое? — Я увидел, что он побледнел и его стало тошнить.

Почти всем вокруг меня стало плохо, даже Теуду. Хотя последний не подал виду. Ну почти. Только его губы сильно побледнели.