Я прислонился к стене и изо всех сил напряг ноги, чтобы не свалиться как она. Синергия действительно поражала. Такой силы я ещё никогда не чувствовал.

Давление возросло и в комнату вошёл отец.

— Я несколько раз хотел вмешаться, не послушав Яна, но теперь вижу, что он был прав, — медленно с холодной яростью произнёс отец. — Я видел более чем достаточно.

— Э, Марк…

— УМОЛКНИ! — волна синергии ударила с такой мощью, что мачеха уткнулась лицом в пол, а я почувствовал, как начинаю сползать по стене под гнётом такой мощи. — Я не разрешал тебе говорить!

Взгляд отца упал на меня и немного смягчился. Тут же давление ослабло, и я смог распрямиться.

— Ян, ступай — помоги Илоне.

Илона повернула ко мне бледное лицо.

— Ян, ты жив? Прости, я не знала, что она применит этот яд. Она не говорила. Из-за меня теперь ты…

— Тссссс — со мной всё хорошо, ты разве не слышала — на меня этот яд не подействовал. Сейчас я тебя подлечу, и отведу умыться.

— Нет, — замотала головой Илона. — Ян я должна быть там. Я заслужила право это видеть.

Я подхватил её на руки и занёс в соседнюю комнату.

Отец навис над мачехой:

— Это ты пыталась убить моего сына «Блокадой»? Редкий яд, как и этот. Да-да, Фрея, я знаю, что прошлый раз его пытались отравить, а не он напился. Отвечай. Я почувствую правду.

Фрея смотрела на отца ровно одну секунду.

— Нет! Марк, это не я!

— Правда, — хмуро констатировал отец и давление в комнате слегла ослабло. — Но это не оправдывает того, что ты пыталась сделать сегодня.

— Но он сам виноват!

— Виноват в чём? В том, что прошлый раз ты пыталась отобрать у него жильё? Или в том, что ты пыталась убить его с помощью своего племянника Юстаса? Да Фрея, я и об этом знаю.

Мачеха молчала.

— Ян, Илона, — повернулся к нам отец. — Вам решать, что с ней делать.

— Твой выбор, — кивнул я Илоне.

Девушка поджала губы обдумывая. Марк Вестер смотрел на неё с ожиданием, её мать — с надеждой и страхом.

— Я думаю, заключение будет самым подходящим наказанием, — наконец выдохнула девушка. — Пожизненное.

— Одобряю, — кивнул отец.

— Неееет! — завизжала мачеха. — Марк, умоляю, прости!

— Знаешь Фрея, — сухо заметил отец. — Я закрывал глаза на твои мелки интриги, пакости, но то, что ты сделала сегодня, перешло все границы.

— Марк! Пожалуйста!

— Отравление «Блокадой» карается смертной казнью, или пожизненной тюрьмой. Отравление «Поцелуем Ехидны» — только смертной казнью. А то, что ты делала со своей дочерью ещё хуже. Ты хочешь, чтобы я простил тебя за это? Пожалуй, я пока ещё не решил, какая тюрьма у тебя будет — безлюдный остров, с одинокой башней, или небольшая камера с прогулками по двору раз в месяц.