За его спиной раздался деликатный кашель. Новый голубь спикировал с неба в голубятню на восточной башне — теперь можно почитать, что ещё пишет Талер.

* * *

Утром я поднялся почти позже петухов — то есть, не на рассвете. Было даже жаль — уже не терпелось снова начать изучать свои книги. Надо бы заказать и для второй нормальный переплёт. Сходив до Якова и потребовав завтрак я снова вернулся к себе. Первым делом начал рыться в вещах, постельном белье и остальных вещах — я очень хотел знать, что было в двух полных бутылках, этикетки с которых я вчера просто сорвал. Насколько я понял, то алхимия была дорогой и капризной наукой потому, что ингредиенты в которых содержались синергенты стоили очень дорого, а дешёвые аналоги просто не встречались.

Я же открыл вчера для себя, что прекрасно вижу их как минимум в жидкостях своим особенным зрением. Это значит, что в отличие от других алхимиков я смогу находить более дешёвые компоненты для эликсиров. Как? Да очень просто — есть у меня пузырёк с жидкостью в которой частица Кор. Своим зрением я вижу, что она синего цвета. Я просто буду смотреть на другие вещества и сравнивать тот цвет который вижу в них с цветом в этом пузырьке. Сто пудов та же частица есть в каком-нибудь подорожнике, а не только в дорогом мраморном ирисе.

Вчера я специально для этих целей закупил у скупщика краденого, которого звали Талер (старый скряга наконец представился, когда понял, что я перспективный клиент) кучу дорогих реагентов. Сегодня я просто выделю из них в жидкость нужные частицы, и пойду искать аналоги на замену этим реагентам. И тогда можно будет создавать более интересные и уникальные эликсиры.

Ещё вчера я заметил, что синергия частично действует на нужные вещества как какое-то поле. Нужно будет поэкспериментировать ещё, и посмотреть, смогу ли я ещё выделять одно чистое вещество. Например выделять из того же мраморного ириса частицу Кор. Это здорово бы облегчило жизнь — я бы смог делать концентрат, который был бы очень уникальным продуктом, а не варить разбавленные эликсиры.

Мои поиски прервал стук в дверь.

— Не заперто.

Снова вошла девушка с ожогом и неприязненно посмотрела на меня на корточках держащего в одной руке пустую бутылку, а в другой этикетку, которую я нашёл под кроватью.

— Ваш завтрак, — процедила она.

М-да, не скоро я избавлюсь от репутации пьяницы и лентяя.

* * *

— Пять лир, — равнодушно выдал свою цену Яков.

— Пять лир? Я думал за одежду, мыло и прочую мелочь ты возьмёшь гинеями.

— Если бы то были простые товары для обычных людей, то взял бы в гинеях, — пожал плечами трактирщик. — А вам такой не положено — сюртук из хорошего сукна, господский, гребень из посеребрённой стали, сапоги кожаные