Я аккуратно замерил пульс девушки и стараясь попадать в такт с ним начал создавать пульсацию, посылая синергию в нити. Получилось только с пятого раза — оказалось попадать в такт чужого пульса гораздо сложнее, особенно микроскопическими импульсами. Подстроившись в такт биению, и удерживая концентрацию, я продолжил лечение. Несколько минут подряд ничего не происходило. Не произошло и через десять минут, а пот через пятнадцать минут кожа начала меняться. Ободрённый этим эффектом я чуть не сбил концентрацию, но затем продолжил лечение. Кожа начала исцеляться на глазах.

Я закончил лечение только через несколько часов, когда за окном была глубокая ночь. Такое тяжёлое упражнение вымотало меня. После этого я поспешно разделся и лёг спать.

* * *

Когда я проснулся, Эшли ещё спала, а от старого шрама не осталось и следа. Кожа была чистой и совершенно здоровой. Не знаю, что там произошло между этими двумя, но теперь она точно сможет начать новую жизнь. Оставив записку, и отсчитав сто лир я спустился вниз.

— Бывай Яков.

— Уже уходите ваша милость? — повернул голову трактирщик.

— Да.

— И комнату продлевать не будете?

— Ага.

— Ну, бывайте ваша милость.

У Якова я взял подменного коня, на котором приехал какой-то гонец из трактира в паре часов езды отсюда. Сейчас скакун был уже чист, сыт и свеж и можно было ехать на нём обратно, чтобы сдать его. Удобная система. Положив свои вещи в седельную сумку я поскакал из такой необычной и бывшей для меня полезной деревеньки.

Через час я заметил, как меня нагоняет какой-то всадник. Неужели отец или мачеха направили погоню? Поздновато они. Юстаса я побил ещё три дня назад — тогда и следовало меня преследовать. Из оружия у меня только стилет и сонное зелье — для более серьёзных вещей нужны другие реагенты, которых нет. Всадник приблизился, и стало видно, что это Эшли. Девушка оделась в мужские штаны и практичную дорожную одежду, которая выглядела достаточно богато и подгоняла коня.

Поравнявшись со мной, она наградила меня особым взглядом, а потом просто и без обиняков ткнула пальцем в рёбра.

— Ау!

— Я тебе говорила, что ты дурак⁈

— Нет.

— Так вот теперь говорю — знал бы ты, как я хочу дать тебе по шее! Какого хрена ты меня не разбудил⁈

— Что⁈

Эшли смерила меня оценивающим взглядом, а затем с силой ударила кулаком в живот. Я согнулся и закашлялся, а она обняла меня за плечи и нежно шепнула в ухо:

— Спасибо.

После чего дала мне отдышаться и последовал долгий поцелуй.

— Спасибо, — теперь уже смущённо улыбнулся я.

— Тебе спасибо, — улыбнулась девушка, снова целуя меня и нежно потёрла щёку, где был шрам.