— Зачем? — Лиза посмотрела на меня с интересом. — Не понимаю.
Я приобнял её за талию.
— Для упрощённой оплаты жалования. Это сейчас у нас всего около десятка продавцов. А когда их будут сотни или тысячи? Проще будет, когда вся прибыль будет сдаваться в банк, с неё будет начисляться зарплата сразу всей сотне человек. И ещё это будет гарантом стабильности — если один магазин продаст меньше другого, то всё выравняяется благодаря выручке других.
Пару секунд Лиза просто смотрела на меня, а потом обняла.
— Ян, ты гений!
* * *
От Лизы я ушёл утром — придуманная мной система требовала полного пересмотра контракта, правкой которого пришлось заниматься отдельное количество времени. После я попросил Лизу показать, наконец, гильдию парфюмеров по одной простой причине — один я бы просто не справился с изготовлением косметики на весь город — мне на недельную норму в магазине приходилось тратить почти весь день, и то, это получалось потому, что я продавал товар маленькими баночками.
А тут будут задействованы магазины баронессы, а потом и все частные магазины. Производство должно было быть в промышленных масштабах, а для этого мне и понадобилась гильдия парфюмеров. Разумеется в секреты производства я их посвящать не буду — пусть просто сделают в своих перегонных кубах растворы из тех ингредиентов, которые я дам, а я после залью в них синергию из эликсиров синергии, которые готовил заранее все дни, и сделаю остальные процедуры. После этого в городе будет партия товаров на месяц, и уже в этом месяце я стану самым богатым аристо не только этого города, но и многих других.
* * *
Марк Вестер читал очередной доклад своего человека, мысленно кивая самому себе. Его сын однако проявил не дюжие успехи в предпринимательстве — за неполную неделю стал самым известным человеком в городе, лавку которого посещают абсолютно все женщины, и мягко подчинил конкурентов себе навязав свой товар. Хороший ход, очень умный. Никто из криминального мира его не трогал по двум причинам — его лавка располагалась прямо напротив городской стражи, и пытаться обнести её или поджечь было себе дороже, а вторая причина была в том, что у него был фамильный перстень, а не браслет — пусть род его матери давно угас, но всё же был родом аристо.
Дочитав свиток, он скатал его и бросил в огонь, а затем достал ещё один в котором алхимики писали, что распознали вещество, которым был отравлен его сын.
* * *
Придя к себе, я первым делом объявил Эшли о сокращённом рабочем дне, и о том, что сегодня можно закрыться — эти дни она работала как проклятая, и вполне заслужила право отдохнуть — за эти дни мы побили месячную выручку многих лавок, даже не лавок, а целого рынка, а вскоре должны будем получить ещё больше.