Он достал из кармана ручку и пачку листков-стикеров. Денис с некоторым удивлением смотрел на него — с чего это Сан Палыч вдруг решил заложить своего босса?
— Только ты это… — Сан Палыч отдал Молчановой листок с адресом и постучал кулаком о ладонь. — Прижми там этого ублюдка конкретно. По-вашему. По-комиссарски!
Тут Денис вспомнил о странном дедке, встретившемся Молчановой на пути в автосервис.
— Служу Советскому Союзу! — он отдал Сан Палычу честь.
Вдали послышались сирены. Доблестная полиция, привлечённая звуками стрельбы, в этот раз явилась на удивление быстро. Денис, не оглядываясь больше на Сан Палыча, поспешил скрыться среди лабиринтов тёмных улочек, уводя бабулю подальше от света.
Он не заметил одной маленькой, но важной детали. Чёрный перстень, который до этого тускло блестел на пальце Молчановой, куда-то исчез. Возможно, он случайно соскользнул, пока баба Настя выбиралась из-под завалов. Возможно, его случайно стянул один из подручных Михаила Викторовича во время драки.
Так или иначе, но перстень покинул свою старую хозяйку.
Глава 4 Глобальные цели
— Мне такой сон странный приснился, — задумчиво произнесла Молчанова, прихлёбывая горячий чаёк из кружки. — Словно я в форме комиссара СССР дерусь в какой-то автомастерской с бандитами, которые нашу машину угнали.
У Дениса по спине пробежал холодок, отмечая каждый позвонок.
— Ха-ха-ха… — слегка натужно рассмеялся он. — Приснится же такое, аха-ха-ха…
Утреннее чаепитие, как известно, способствует укреплению семейных уз. Денис с бабулей сидели на кухне за столом. Чувствуя некоторую сонливость, он поглощал кашу, мысленно уже бредя в сторону маршрутки. Эх, старая добрая школа, старый добрый понедельник. Встретиться с вами снова после долгой бессонной ночи — истинное удовольствие для избранных.
— Что ты смеёшься, как дурак? — покосилась на него бабуля. — И лицо у тебя какое-то напряжённое.
Похоже, актёр из него никудышный. Где-то три Станиславских из десяти. Даже собственная бабушка не верит.
— Ты от меня ничего не скрываешь, внучёк? — продолжала допрос Молчанова. — Какой-то ты странный с утречка пораньше.
Денис чуть не подавился кашей.
— Да нет, нет, зачем мне что-то скрывать? — он энергично замотал головой. — Бабуль ты вот режим сна себе сбила, и теперь у тебя подозрительность повышенная…
— Я всё знаю, — заверила его Молчанова. — Всё знаю. Можешь не отпираться. От моего ока ни один сосед не укроется, не говоря уж о любимом внучке.
Денис молча сунул в рот ложку с кашей. Неужели бабуля что-то вспомнила о вчерашних событиях? Может быть она в какой-то момент проснулась? И начала притворяться, что спит? В таком случае ему прямо сейчас предстоит очень серьёзный разговор. И это перед грядущим экзаменом… Стресс, стресс, стресс…