Наконец, Соколов вышел из кабинета. Довольный.

— Так…сейчас мы идём на третий этаж. Там заведующий отделения тоже. Ждет нас.

— Круто. А что ты сказал?

— Идём, на месте узнаешь. — Стас подхватил меня под локоток и потащил к лифту.

Я тут же выдернул руку.

— Эээээ…ты чего?

— Ничего, придурок. Больного сопровождаю. Не тупи. Где гарантия, что за тобой и здесь не следят? Думаешь, чекисты к тебе человечка прислали и на этом успокоились? Очень сомневаюсь. Все должно выглядеть достоверно. Ты у нас, Мажор, сильно болен. — Соколов тихо хохотнул себе под нос, а потом добавил, — Башкой болен. Ясно?

Я посоветовал Стасу проверить свою голову. Там тоже имеются сомнения насчет крепости здоровья. Но отвести себя к лифту всё-таки позволил. В словах ментёнка есть смысл. Вполне возможно, кто-нибудь из этих людей, наряженных в пижамы и больничные халаты, может присматривать за мной.

Лифт выглядел очень странно. Он был огромный, имел две двери, которые открывались вручную, и злую тетку в белом. Тетка выполняла функцию какого-то больничного портье. Она открывала и закрывала двери, нажимала кнопки. Словно без ее участия это было бы невозможно.

— Какой этаж? — Гавкнула тетка на нас с Соколовым. Такое чувство, что этот лифт она сейчас начнет с помощью рычага и собственной силы поднимать.

— Третий, пожалуйста. — Стас очень мило улыбнулся мегере. Та сразу подобрела. Даже немного как-то засмущалась.

Мы поднялись в отделение, где нас по заверению Соколова ждали, и вышли из лифта.

— Большое спасибо, до свидания. — Стас снова улыбнулся тетке.

— Ты чего? Потянуло на женщин с опытом? — Я с понимающим видом кивнул несколько раз.

— Вот ты придурок, Мажор. С персоналом надо дружить. Понял? Запомни. Учись, пока я живой. Младший персонал, это, на самом деле, очень нужные люди. Так…нам сюда.

Соколов развернул меня в нужную сторону и я почти уткнулся носом в дверь, на которой висела табличка с фамилией заведующего.

— Добрый день…– Стас открыл створку, заглянул внутрь. — Мы от Николая Сергеевича. Он только что звонил. Нам бы мальчика Вам показать.

За «мальчика» ментёнок сразу получил от меня тычок в бок.

Мужской голос ответил, что мы можем войти. Ну, мы и вошли.

Это был кабинет, с двумя большими окнами, столом, креслом, полками, телевизором и видеомагнитофоном. Видеомагнитофон! Кстати, у Милославских этой роскоши не имеется.

Мужик с усами и кустистыми бровями смотрел на экран телека с таким видом, будто ему показывают нечто очень грустное. По крайней мере физиономия у него выглядела сильно расстроенной.

— Здравствуйте…– Начал было снова Соколов, но заведующий отделением махнул рукой, намекая, чтоб Стас заткнулся.