— Порой мне кажется, что ты становишься нормальным человеком, — призналась Дари, забавно поджав губешки. — Напускная шелуха с тебя сваливается, показывая тебя настоящего. Смелого мужчину, не безразличного к своим спутникам. Умного, а не придурка, каким кажешься. Таким ты мне даже нравишься. Но потом ты открываешь рот…
Не договорив, девушка захромала прочь.
Улыбнувшись, я в несколько шагов догнал ее и бесцеремонно закинул девушку себе на руки.
— Только попробуй… — предупреждающе открыла рот она.
— Как-нибудь потом, — пообещал я. — Давай сперва разберемся с тем, куда мы попали и что нужно тому, кто нас сюда привел. А потом, так уж быть, я облапаю тебя везде, где тебя прежде не касалась рука мужчины. С пристрастием, так сказать. Каждый уголок…
То, что случилось дальше, меня практически не удивило.
И нет, я не про то, что загорелся свет над нашими головами.
А про то, что и дари, и «Злодейка» молчали.
— Погоди, подруга, — посмотрел я в глаза девушки. — Тебе что… нравится⁈
Щелк…
Н-да. Бронетрусы это, конечно, прекрасно. Но челюсть тоже надо было бы поберечь на будущее.
Строптивая дамочка попалась. Ну, ничего, привыкнет.
Глава 10
Три коридора и десяток неловких моментов спустя, мы, наконец-то, добрались до того места, куда нас и направлял незримый координатор.
Больше всего помещение, оказавшееся в конце очередного тоннеля, напоминало техническую лабораторию перфекциониста. В космических кораблях я никогда не путешествовал, но на картинках видел, как выглядели их рубки. Чем-то похоже.
В дополнение к каменным стенам появилось множество терминалов и мониторов, развешенных на уровне глаз. На их тусклых экранах кружились абстрактные трехмерные фигуры и надписи на неизвестном мне языке. Не-то иероглифы, не то арабская вязь — не разобрать.
В довершение всего этого по полу и по стенам прокинуты стяжки толстенных кабелей, параллельно соединяющие один терминал с другим. Кажется, кто-то собрал единую рабочую станцию для доброй дюжины умников, которые должны были работать одновременно друг с другом. Эффективно ли это? Не знаю, я технопорно не увлекался никогда.
И желания начинать тоже не имеется.
Нечто, похожее на парочку рабочих столов, заваленных некогда бумагами и чертежами, истлевшими от времени. Добрая сотня приспособлений, назначение которых я не мог даже угадать, чипы, причем безжалостно уничтоженные чьей-то несгибаемой волей, обрывки проводов, похожие на технически тараканов сгоревшие и явно непригодны для дальнейшей эксплуатации приборы, сваленные в громадную кучу…
— Н-да, товарищи, — оценил я творческий беспорядок. — Мы явились, а нас тут никто не ждет.