— Считаешь, что в любом случае средств хватит? — покосился на меня «ан Апольд».

— Пусть я не сильно хорошего мнения о нашем с вами начальстве, но выделить немного тюков с шелковыми кружевными трусами ради такой удобной точки, вряд ли кто нибудь откажется.

— И что только эти набранные по объявлению не придумают, — недовольно вздохнул собеседник. — Подсказываю ровно один раз. Труп ан Бойгена, одна штука; его печать, одна штука; стопка написанных или подписанных его рукой документов, одна штука; чистая бумага, листов пять; мы, две штуки; бригантина, одна штука. На острове тебе сейчас какие угодно документы слепят, никакая экспертиза не отличит.

— Ну, в мое время было некому.

— Все течет, все изменяется. Оперативная группа там сейчас сидит.

Хм… Я попытался припомнить, говорили ли мне об этом. Ну да, новых лиц на острове было много. Но я особо и не интересовался, кто, чем занимается.

— Это хорошо. Возможно, что даже отлично. Но в этом случае есть проблема, подделка документов здесь известна и преследуется. Вопросов не вызовет только по настоящему заверенный договор с настоящими свидетелями и очень желательно живым бывшим владельцем. Ну или людьми, которые докажут что договор сторонами был выполнен. Товарищам, заверяющим документы от имени покойников, тут шкуры сдирают. Я специально узнавал.

— Я все знаю. — Отмахнулся «шен Лекс». — Не тебе не похер ли? Они сели на проходящее судно или там свое пиратское корыто и под полными парусами умотали в закат. Остальное пусть доказывают. Ты сейчас как ребенок, честное слово.

— Я думал об этом варианте, — терпеливо признал я. — Если не проканает, чревато потерей авторитета в обществе и соответственно, снижению моей полезности до минимума. Всех не перестреляешь, а человек тварь социальная. Не так уж тут люди и глупы чтобы какой — то хер с горы, соткавшийся из тумана размахивая слепленной бумажонкой, в наглую мог отжать чужое поместье. Богатые и успешные товарищи и без нас с вами такое дело давно на поток бы поставили.

Шпики с сомнением переглянулись. Они видимо местные документы фальсифицировали нередко. Но это все работает до определенного уровня, где появляется слишком много заинтересованных в поисках справедливости оппонентов. И плевать, что могло и повезти. Интуиция была резко против. Однако бумажка мне в любом случае не помешает. Одно дело, когда ей сразу захватчик трясет, а другое, когда документ предъявляют через пару тройку лет, после зачистки этих самых ищущих справедливости неудачников. «Не предъявлял ранее, потому что подписант смылся в закат» должно будет сработать на меня, а не против.