— Ваше благородие, я всего лишь делал то, что должно. — пришлось мне повторить слова, сказанные лейтенанту.
— Без подготовки, ага. — усмехнулся Афанасьев, и поднялся с дивана. — Пора, Земелин уже прошел испытание.
Воины ожидали меня в конце коридора, у распахнутой двери, из которой веяло прохладой. Я молча вошёл внутрь, решив, что мне сейчас всё объяснят. Так и оказалось.
— Испытуемый, пройди к артефакту в центре зала. — прозвучал откуда то сверху спокойный женский голос. В помещении было темно, лишь одна лампа тускло освещала какое-то возвышение в центре. Видимо это и был артефакт. Что ж, если надо пройти, мне не сложно выполнить приказ неизвестной.
Я подошёл к возвышению и остановился в полушаге от него, рассматривая странную конструкцию. Похоже на крупный кусок черного, блестящего антрацитом камня. Его будто откололи от чего-то более крупного, и доставили сюда.
— Прикоснись обеими ладонями к артефакту и не убирай руки, пока не прикажу. — прозвучала очередная команда. Как только я выполнил приказ, женский голос вновь заговорил, только интонации изменились, стали торжественными:
— Семь цветов судьбу решат!
Красный возвернёт назад,
Оранжевый не проходной,
Желтый — значит мы с тобой,
Зеленый — повторится круг,
Голубой — ты нам не друг.
Синий — для тебя конец,
Фиолетовый — мертвец.
Едва прозвучало последнее слово, как камень словно ожил. Его затянуло кровавым маревом, которое заклубилось дымом, ожило… Чтобы через несколько секунд развеяться, вновь открывая поверхность. Только цвет артефакта изменился, он больше не был антрацитово-черным.
— Серый⁈ — в голосе неизвестной послышалось удивление, граничащее с растерянностью. — Что значит — серый? Так не должно быть…
Глава 4 Академия
Меня выпустили через три дня. Трое суток, проведённых в бетонном пенале, где можно было лишь сидеть, или лежать. Правда, имелась металлическая лавка, на которой можно было скрючиться на боку, раковина с краном, и отхожее место за ограждением. Для смертного, особенно дворянина, такое времяпровождение показалось бы адом. Но я, после тысячелетнего заключения, просто наслаждался отдыхом и развлекался, как мог. Несколько раз использовал «астрального воина» для запугивания охранников, или нагревал докрасна металлическую дверь камеры.
И вот, на четвертое утро, снаружи раздались звуки отпираемых засовов, а затем и сама дверь поползла в сторону. Я осторожно сел, выглядывая в низкий дверной проём, но смог увидеть лишь закованные в бронескафандр ноги охранника.
— Курсант Огнев, на выход. — прозвучал снаружи женский голос. Хм, обращаются не как к заключённому, уже хорошо. Склонившись, я выбрался из камеры, и с наслаждением выпрямился во весь рост, чувствуя, как хрустит позвоночник. Не сдержавшись, потянулся. И лишь после осмотрелся.