— Открой крышу, Джи.

Надо же, он умеет внятно изъясняться. В каких вообще они отношениях, если женщина позволяет собой помыкать? Переводчица дернулась к пульту и секция крыши над лысым японцем отъехала в сторону, открывая прекрасный вид на кровавую луну. В то же мгновение мужчина прыгнул вверх. Оттолкнувшись ногами от спинок кресел, он сделал шпагат в воздухе и дважды крутанул меч над головой.

Яростная атака сектантов захлебнулась. Видимо у японцев нет аналога поговорки "прийти с ножом на перестрелку", потому что мечник ни секунды не сомневался в себе. Стянув с меча несуществующие капли крови, он вернул его в ножны.

Наши враги валились на землю, перерубленные пополам. Я не успел заметить, как удлинилось лезвие — мастерство японца практически безупречно. Павел с надеждой погладил эфес своего клинка.

— Это не такой меч, — оборвал я его влажные мечты.

— А тот, что в твоём кабинете? Они похожи!

— Тоже не такой, — быстро сказал я, заметив, что лысый заинтересованно обернулся к нам. — И вообще времени мало. Скорее на борт, пока новые сектанты не объявились!

Мечник бросился к пирсу, ловко прыгая по безопасным участкам асфальта. Джин-Хо последовала за ним, стараясь наступать след в след. Павел задержался, доставая из арсенала ранцевый огнемет с парой сменных баллонов. Не знал что уголовник умеет обращаться с такими вещами.

Когда за ним закрылась дверь, я удобно развалился в мягком кресле, закинув ноги на соседнее сидение и вылетел из тела. Вселившись в призрака, уверенно погнал его вперёд усилием воли. Жидкость легко перетекала над прожилками плоти, иногда зависая в воздухе. Я не овладел духом, скорее использовал его, словно машину, не вторгаясь под капот. Мне хватило одного раза, чтобы понять, настолько далеко могут унести воды его сознания.

Стоило отряду забраться на корабль, скрывшись с моих глаз, как начались разногласия. Иначе и быть не могло, ведь у них нет общей цели. Занятно, но начал спор обычно сдержанный Павел. Он встал напротив призрака, скрестив руки на груди.

— Я не пойду с этой штукой! Чем скорее мы от него избавимся, тем лучше.

— Мне он тоже не по душе, — категорично заявила переводчица.

Японец молчал, но я знал что он на моей стороне. Временно признав меня господином, он не оспорит прямой приказ. Сам призрак права голоса не имел.

Я ощутил, что могу подтолкнуть их к верному решению, надавив ментально на Джин-Хо, но предпочёл, чтобы все шло своим чередом. Не каждый член отряда согласится с внешним диктатом. Это вызовет конфликт в группе, а мне сейчас не нужны проблемы. Слишком рано ломать их волю. Поспорив чуть дольше, чем необходимо, бойцы приняли собственное решение: разделиться на третьей лестнице, ведущей вглубь. Японец выступил голосом разума: