— Что тварь, не ждала — раздался знакомы голос, за противоположную сторону ножа уверенно держалась моя единственная сестренка Стелла. Выглядела она как всегда прекрасно, черная, с меховой опушкой, кожаная курточка, черные, в облипку, джинсы, маленькая шапочка с выбившимися из под нее темными локонами. Глаза в тени ограды казались черными колодцами, в которых не было жизни. Лишь срывающийся от ненависти голос выдавал ее волнение:

— Ну что, сука, сейчас тебя кончить или глаз для начала выколоть?

Я, конечно, понимала, что лучше промолчать, но слова как то сами выскочили из меня:

— Хотела спросить, тебе ботфорты шею не жмут?

По сдавленному всхлипу, я поняла, что мой вопрос попал точно. При всей крайней опасности ситуации мое женское начало не могло не уколоть сестру единственным моментом, портившим безупречность ее образа. Меховые ботфорты были слишком высокими, слишком широкими, упирались сестре в попу, напоминая защиту ног хоккейного вратаря. Дальнейшая реакция Стеллы на мои слова показали, что этот элемент наряда ее тоже беспокоил. Она зарычала что-то неразборчивое, рука с ножом ушла в бок в замахе. Я зажмурилась, но через мгновение открыла глаза. К всеобщему удивлению к нам присоединился еще один персонаж. Сзади моей сестры, прижав руку к ее голове, стояла какая-то темная фигура и что-то быстро бормотала. Мне пришлось приложить усилия, что бы разобрать его скороговорку:

— Брось нож, стреляю, милиция, брось нож….

Девчонки замерли, затем сестра попыталась вырваться и одновременно ткнуть меня ножом, но незваный на нашей вечеринке гость крепко придерживал ее руку с ножом. Неожиданно незнакомец сделал непонятное движение рукой, упиравшейся в затылок моей сестры, перед моими глазами взорвалась новогодняя хлопушка, ослепив меня. После этого события понеслись вскачь: раздался какой-то визг, что-то горячее попало мне в ямку над ключицами, руки, удерживающие меня, разжались, несколько голосов сказали «Ой», я скользнула вниз, так как ноги меня держать перестали. Сидя на корточках, привалившись к забору, я отрешенно смотрела, как три девичьи фигуры, смешно вскидывая ноги, бежали через сугробы, чтобы минутой спустя скрыться за углом вытрезвителя. Передо мной, странно скособочившись, топтался какой-то мужик. Очевидно, устав топтаться, он присел сбоку от меня, не отворачивая головы от здания. Сквозь какую-то вату я услышала его голос:

— Что это было?

— Не знаю.

— Идти сможешь?

— Не знаю, у меня шею жжет.

— Минуту, сейчас посмотрю.

Его рука бесцеремонно скользнула мне под ворот свитера, жжение прекратилось. Прежде чем я возмутилась под нос мне сунули вонючий цилиндрик.