Мелькнула чья-то спина.

— Партайгеноссе! — заорал обер-лейтенант Земляков. — Одно мгновение!

Тут бабахнуло прямо в здание, свет опять погас…

Луч фонарика, пробивая пыльную пелену, нашел уползающую корму человека — определенно гражданского образца.

— Где кабинет крайсляйтера? — воззвал Евгений, ловя за штанину. — Мне нужно передать документы. Срочно!

В глаза ударил свет другого фонарика.

— Что за спешка, дружище? — насмешливо спросил кто-то. — Вы хотя бы примите вертикальное положение.

— Сегодня верное и уставное положение — на четвереньках, — огрызнулся обер-лейтенант. — С кем имею честь?

Луч на миг осветил ухмыляющееся молодое лицо, форму…. Вот, прямо все нынче щегольские кожаные куртки носят, один обер-лейтенант Земляков бегает в грязном камуфляже.

— Гюнтер Барк, — представился насмешник. — Люфтваффе.

Евгений хотел намекнуть, что нынче люфтваффе летает довольно низко, можно сказать, на отрицательных высотах, но это было неуместно. Еще обидится летчик. Да и вообще шутить над героем-воякой, на шее у которого Рыцарский крест, а рука в гипсе, неуместно вдвойне.

Вновь зажегся аварийный свет, все встали и принялись отряхиваться. Обер-лейтенант полноценно представился, велел Янису-носильщику показать портфели, принадлежащие свите крайсляйтера. Всё сразу наладилось.

Сидеть и пить кофе в кожаном кресле, пытаясь не измазать его грязнющей формой, было довольно неловко.

— Брось, уж какие церемонии, — поморщился летучий гауптман Барк, ловко, хотя и одной рукой, добавляя в чашки коньяк из темной бутылки. — О мебели позаботятся. Уже после нас, разумеется.

— Черт с ней, с мебелью. Меня сейчас здорово развезет, — предупредил Евгений. — Двое суток практически не ел, не до того было.

— Ерунда, сейчас намекнем старине Карлу, — летчик бодро двинулся к двери небольшого кабинета. — Не вздумай вскрывать без меня сейф, мне тоже любопытно.

— Подожду. Моим связистам тоже бы чего-то перекусить…

— Непременно! — заверил Барк.

Потягивая кофе — вполне горячий и совершенно не эрзац — Евгений оглядел кабинет крайсляйтера. Понятно, не единственное место службы партайгеноссе Вагнера, обстоятельства последних дней сюда заставили переехать, но ничего так. Пусть скромно, но уютно.

Ситуация складывалась странно — оказывается, герой-пилот тоже ждал Вагнера, чувствовал себя в хозяйском кабинете как дома, помыкал стариной Карлом — исполняющим обязанности секретаря крайсляйтера, заменяя «так неудачно угодившую под бомбу бедняжку Карен». Что-то тут все слишком по-семейному, видимо, сплошь врут, как и с вовремя сдернувшей секретаршей. Может, Барк здесь по тому же дельцу? Молодой, красивый, дерзко-смелый, погибать и попадать в плен категорически не желает, мечтает о дальней и принципиальной эвакуации? Тем более, подшиблен герой-пилот, рука не действует, значит, есть все основания для самооправдания бегства. Судя по манере держаться, он в весьма дружеских отношениях с партайгеноссе Вагнером, вполне мог знать о шансе на бегство. Или случайность? Сплошь неясности. И главное — когда явятся эвакуаторы? Крайсляйтер уверен, что до последнего часа ждать не будут, операция требует основательности и неспешности. А русские — вот они, рядом. Между прочим, в буквальном смысле.