В этом и суть — на допросе, при должном подходе, задержанный начинает говорить правду. Но далеко не всю правду, и вот выпотрошить его до дна — сложная профессиональная задача. Не полностью овладел этим искусством товарищ Земляков, да и вряд ли постигнет все тонкости — тут иной склад характера нужно иметь, да и другую профессию.

Собственно, уже вовсю работала радиосвязь, уже встречал колонну срочно поднятый резерв разведотдела армии и офицеры ОКР, встали машины у очередного немецкого пруда, передали задержанных. Был слегка опечален старшина Тима — гауляйтер отбывал с ценным штучным «на-головным» мешком, вот как пить дать уже не вернут.

Отбыли пленники под конвоем бравых разведчиков, наверное, уже вылетел за ними спецсамолет. К утру будут, счастливчики, в Москве. Там им, конечно, медом не покажется, придется поднапрячь память.

А остающейся опергруппе можно было расслабиться. Правда, только чуть-чуть, но и то хорошо. Раньше Евгений как-то не подозревал, что конвоирование реально важных — на высшем политическом уровне — пленников столь изнурительный процесс. Вот так не дай бог, попадется какой-нибудь Геббельс, а то и сам Адольф, вообще поседеешь и гастрит наживешь.

Возвращались в город налегке. Чай в термосах уже кончился, печенье с водой в горло не лезло — опять там першило. Евгений дремал, вполуха слушал, как главная контрразведчица рассказывает радистам и Иванову про деяния отъявленного гада-гауляйтера. И откуда она столько подробностей помнит, вроде бы отошла от дел?

Ровно работал двигатель «Доджа», спереди доносился лязг бронетранспортера, а еще дальше гудело и взрывалось, мерцало над силуэтами окраинных крыш дымное зарево — продолжался штурм.

Следовало думать о деле. Опергруппа вновь что-то нашарила, и опять не совсем то — к главному, к стартовой базе «Кукушки» — возможно и приблизились, но по какой-то крайне мудреной спирали или иной замысловатой геометрической фигуре. Имелось стойкое подозрение, что и сам Кох не знал точку отправки, иначе зачем ему такие сложные маневры совершать, и в поместье непонятно чего ждать. Нет, ждал-то он, скорее всего, проводников, но дождался иного. С одной стороны, логично — верхушка нацистов еще та банка с пауками, подгорает у них и вскипает на фронтах, но за власть борются до последнего. Собственно, там — в Новой Германии, или как там они собираются свою колонию назвать — лишние главари и авторитеты не нужны, там и так их в избытке окажется.

Видимо, малоприятные мысли товарища Землякова все же усыпили. Очнулся — двигатель машины заглушен, радисты исчезли. Катерина стояла у борта, негромко разговаривала с Ивановым.