— Дим, пошли за фонарем сходим, — прошептала Катерина. — Женька, ты лежи пока, не звени.

— Лежу. Но тут неудобно и одиноко. Вы не теряйтесь, — жалостливо попросил переводчик.

Шли разными проходами, почти на ощупь. Митрич держал наготове винтовку, думал — а не примкнуть ли для надежности штык? Хотя тесновато. Между штабелей пришлось сдавать назад — под подошвами мелодично захрустели осколки побитых взрывной волной склянок, запахло чем-то медицинским или химическим. Дал «задний», обошел, не хватало только травануться чем-нибудь.

Катерина уже была у фонаря — сам источник света не трогала, вытаскивала из кобуры убитого пистолет, шарила по карманам.

— Документы что ли нужны? — прошептал Митрич.

— Да все, что попадется. Вдруг он местный?

На таинственного «местного» покойник не походил — обычный технический фриц в рабочем костюме, вон — очень дисциплинированный был, на себе противогаз таскал и сумочку с инструментом, все как положено.

Служебное имущество немца Катерина тоже забрала, включая цилиндр с противогазом. Митрич вопросов не задавал — было понятно, что контрразведчица знает больше, чем говорит. Наверное, даже удивительно много знает, если учесть очень кстати оказавшиеся кусачки.

Пошли назад. Переводчика оказалось найти не так просто, шуметь не хотелось. Мало ли кто еще на этом здоровенном склад-ангаре затаился?

Земляков лежал на том же месте, смотрел укоризненно:

— Вы там инвентаризацию начали проводить, что ли?

— Так лабиринт там. А ты под чем это разлегся, а?

В свете фонаря груз, заваливший переводчика, понятнее не стал — какие-то связки шайб сложной многогранной формы, нанизанные на шнурки с бирками.

— Не успел попасть, а уже в кандалах, — ворчал Земляков, осторожно освобождаясь. — Что это вообще за детали, а? Митрич, это по твоей технической части.

— Дык, шайба специализированная, артикул неразборчив. Вот Катя должна знать.

— Нет, про шайбу не знаю, — отреклась контрразведчица. — Знаю, что нам нужно торопиться. Толстяк-профессор со своими лизоблюдами уже наверняка смылся, но это ладно, было предсказуемо. А ситуация такая: мы в шлюзе. Как устроен, тоже не знаю. Должен быть выход к месту назначения. Наверняка охраняемый. Нужно попытаться прорваться

— Альтернативы есть? — довольно спокойно спросил Земляков. — Кстати, ты не хочешь объясниться? Ты же знала, что примерно вот так всё и будет?

— Знала бы точно, сказала бы сразу. Имелись очень неточные, умозрительные предположения. Высказывать такие заранее — значит, программировать линию. А она очень даже может быть ошибочной. Подробнее позже объясню.