Громкие и хлёсткие выстрелы, отразившиеся от неровностей рельефа и вернувшиеся эхом, резанули по ушам, но я больше следил за реакцией вендиго. Прозрачный костюм максимальной безопасности не разбился на осколки, как я подспудно ожидал, а повёл себя как оргстекло, то есть обзавёлся пулевыми отверстиями и покрошился. Параллельное измерение — это какое-то противоестественное дерьмо…

Но больше всего меня удивило то, как отреагировало на попадания тело вендиго — он начал буквально вытекать из пробоин. Я проморгался, посмотрел снова. Нет, он действительно вытекает. Голова вендиго, его торс по брюхо, полностью вытекли нездорового вида серой массой, растёкшись по полиэтилену.

Я извлёк из винтовки опустевший магазин и зарядил новый. Полковник Московых выдал мне три винтовки СВТ-40 и двенадцать магазинов, чтобы я мог провести не очень долгий бой. Но и за это наше сердечное и чистое спасибо.

— Нудной, шарахни по нему из Максимки! — приказал я.

Резко похолодало, а туман стал гуще. Мне от всего этого, сука, не по себе. Так, почему Нудной не стреляет?

Поворачиваю голову к позициям Нудного, но ничего не вижу — туман стал непроглядным.

Решив, что происходит что-то нехорошее, примыкаю штык к винтовке и опускаю забрало шлема. Мне всё это сильно не нравится…

Двигаюсь к позиции Нудного, но по пути замечаю кое-что странное — тел принесённых в жертву нет на месте. Как в дешёвом фильме ужасов, тела исчезли и это должно добавить саспенса…

— Нудной, отзовись! — приказал я. — Волобуев, Пападимос, Папандреу, Лебедякис, Гнетая!

Но никто не отзывался. Прикидываю, что трупы жертвенных ФСБшников экстренно восстали и как-то обезвредили моих ребят…

Вижу пулемёт Максима, подхожу поближе. Из-за непроглядного тумана я даже не могу разглядеть, что происходит у меня под ногами. Приходится нагибаться, чтобы хоть что-то различить.

Обойдя позицию пулемёта, я задеваю ногой что-то металлическое. Сгибаюсь в три погибели, поднимаю забрало и вижу, что у пулемёта лежит Нудной.

— Нудной, — позвал я, потормошив немёртвого. — Нудной!

Никакой реакции…

Тут мне в спину прилетает мощный удар, выбивающий воздух из лёгких и винтовку из рук.

Сгруппировавшись в полёте, отмечаю резкую боль в заднице, после чего перекатываюсь, чтобы быстро встать на ноги. Из оружия только ПМ в кобуре и небольшой походный нож. Кончар остался дома, так как я думал, что винтовки за глаза хватит, чтобы разобраться с кем угодно…

Выхватываю пистолет из кобуры, взвожу его и начинаю искать обидчика. Но из-за тумана не вижу даже прицела своего Макарова. Что за аномалия, м-мать её⁈