Огизис насторожилась, но потом, видимо, вспомнила, что мы только что заключили пакт ненападения. Пакты — это, пожалуй, самый лучший способ убедиться, что в твоей еде нет слонобойной дозы мышьяка. Во всяком случае, даже умирая в муках, ты можешь быть уверен, что тебя отравил не участник пакта.

— Как говорит Савол, это пища богов, — сказал я, высыпая в миску кошачий корм со вкусом домашней птицы.

Три банки с кормом было в сумке у Елизаветы. Я решил, что надо потчевать гостей самым лучшим и изъял ценность. Кстати…

— Отбой тревоги, — включил я рацию. — Никаких неожиданностей и боевых действий. Можете возвращаться.

— Принял, — сказал Точилин.

— От тебя разит некроэнергией, — сообщила мне Огизис.

— Да, про меня так говорят, — вздохнул я.

— Ты ведь знаешь, насколько это опасно? — спросила кошка.

— Знаю уже, — вновь вздохнул я. — Рассказали добрые разумные… Угощайся.

Я подвинул к Огизис миску с кормом.

— Пахнет великолепно, — прокомментировала кошка, приближаясь к еде. — А на вкус…

И тут произошло что-то необычно. Она накинулась на корм и начала его не есть, а жрать, громко мурча при этом. Не прошло и пары минут, как миска опустела.

— Ещё! — потребовала она.

Я вскрыл ещё одну банку и высыпал её содержимое в миску. Огизис набросилась на новую порцию сразу же, как в миску упала последняя капля бульона.

— Я мог бы подогреть её, — предложил я.

Но Огизис не реагировала на мои слова, продолжая жадно поедать «пищу богов».

— Ещё? — спросил я.

— Ещё! — велела Огизис.

Вздохнув, вываливаю последнюю банку в миску. Валентина не экономила на кормёжке своих питомцев, поэтому покупала самое лучшее, что могут дать производители корма для животных.

Думаю, такой эффект даже на разумных кошек подобный дорогой корм оказывает потому, что в нём содержатся всякие полезные вещества и что-то, о чём не пишут производители…

Беру в руки пустую упаковку и читаю надписи.

Что ты скрываешь «Donatello: Pur Geflügel»?

Страна производства — ФРГ. Чистое мясо птицы, если я всё правильно понял. Ценник — триста пятьдесят шесть рублей за четыреста грамм!!! Да я бы на эти деньги три дня питался!

— Не кажется тебе, что ты сейчас обожрёшься? — участливо спросил я. — Ты уже съела больше килограмма.

— Не твоя забота! — огрызнулась кошка и продолжила пожирать мясо.

Наконец, миска опустела, а Огизис не удержалась на ногах и осела на пол.

— Есть ещё? — спросила она, подняв затуманенный взгляд.

— Здесь больше ничего нет, — ответил я. — Но такого корма вдоволь там, куда ты направляешься.

— Нельзя медлить, — из последних сил поднялась на ноги Огизис. — Отправляй меня туда.