— Сейчас, — Воровских дал знак камере наблюдения. — И чью-нибудь личную вещь.

Амулет и поднос с какими-то вещами типа портмоне, часов, ручек и так далее, оказался в кабинете.

— Приступай, — потребовал подполковник.

Точилин закатал рукав и надел амулет на предплечье. Вытатуированная пентаграмма уже полностью ушла под кожу и была невидима. Для этого им пришлось провести двадцать девять ритуалов.

Майор взял первое попавшееся портмоне и выполнил нужную последовательность движения пальцев.

Видение показало парковку, где возле красного внедорожника стояло три человека. Они курили и беседовали о Точилине и его подчинённых. Вид они имели нарочито комитетский, причём настолько выраженно комитетский, что их легко можно вычленить из толпы.

— Три человека стоят у урны и курят, обсуждая меня и моих людей, — сообщил Точилин подполковнику. — Рядом красный внедорожник, Мерседес Крусейдер, номера…

— Подожди, — достал Воровских смартфон. — Алло. Вы стоите у урны, курите и говорите о доставленных милиционерах? А какая машина рядом? Понял. Сделай какие-нибудь произвольные движения. Надо.

— Один сейчас вяло машет рукой, а двое начали кривляться, — сообщил Иван.

— Ясно. Конец связи, — сказал Воровских и завершил вызов. — Бери ещё что-нибудь.

Точилин взял золотые часы «Волекс» и повторил ритуал «Тяжкий надзор». На этот раз местом действия был подоконник коридорного окна. Там стоял парень, копающийся в смартфоне.

— Парень стоит, упёршись в подоконник, — сказал Точилин. — В телефоне копается, а сейчас ковыряется в носу.

Воровских посмотрел на камеру в углу помещения, а затем та несколько раз «кивнула».

— Понятно, — кивнул Воровских. — Значит, экстрасенс, да?

— Выходит, что так, — ответил Точилин.

— А зачем тогда команду набрал? — спросил подполковник ФСБ.

— Никто бы не поверил, что я тащу такую прорву дел в одиночку, — усмехнулся Точилин. — Поэтому взял ребят, в порядочности которых не сомневался. Для массы.

На самом деле, это просто повезло, что Савушкин и Горенко не замазаны в том дерьме, которое имеет место быть в некоторых РОВД. Будь тогда на дежурстве кто-то другой…

— Значит, остальные никакого отношения к раскрываемости не имеют? — уточнил Воровских.

— Нет, имеют, — не позволил себе соврать Точилин. — Поиск и предоставление доказательств следователю, оперативно-розыскная деятельность — они делали всё, что необходимо.

— И, естественно, начальство ни о чём не знало? — спросил Воровских.

— Узнай об этом начальство, мы бы встретились гораздо раньше, — вздохнул Иван.

— А чем плохо-то? — не понял его подполковник. — Или ты считаешь, что раскрывая все эти «глухари», приносишь очень много пользы государству?