— Вот ваша копия, мистер Монтгомери, — Вилсон вернулся с подписанными документами. — Мы начнем распределение средств сегодня же. А что касается «Моррисон Бразерс», я лично свяжусь с их управляющим партнером.

— Превосходно, — я убрал документы в портфель. — Жду ежедневных отчетов о прогрессе.

* * *

Третья трансформация была самой тщательной. В туалетной кабинке отеля «Плаза» я изменил не только внешность, но и походку, манеру держаться. Роберт Уинтерс, консервативный бостонский финансист с аккуратно подстриженной бородкой, в строгом темном костюме с жилетом и золотой цепочкой карманных часов, имел мало общего с техасским нефтяником Монтгомери или скромным мистером Греем.

«Финч и Компания» — один из старейших брокерских домов Нью-Йорка, располагался в величественном здании в неоклассическом стиле. Бронзовые двери, мраморный холл, латунные таблички с именами партнеров на стенах. Все дышало историей и респектабельностью.

Ричард Финч, седовласый патриарх с породистым лицом бостонского аристократа, встретил меня в частной комнате для клиентов. Интерьер напоминал скорее джентльменский клуб, чем деловой офис: кожаные кресла, книжные шкафы, картины с морскими пейзажами.

— Мистер Уинтерс, — он сдержанно кивнул. — Мы подготовили все, согласно вашим предварительным указаниям.

Я передал ему последний чемоданчик с оставшимися восемьюстами тысячами долларов и инструкции по их распределению. Финч лишь мельком взглянул на сумму. Джентльмены не выказывают удивления при виде крупных сумм.

— «Трансконтинентал Холдингс», — он прочитал название компании-оболочки. — У вас отличный вкус к названиям, мистер Уинтерс.

— Благодарю, — я слегка склонил голову. — Как продвигаются переговоры с вашими чикагскими партнерами?

— «Мортон и Сыновья» готовы к сотрудничеству. Я лично говорил с Джорджем Мортоном сегодня утром.

Мы обсудили технические детали операции: размеры лотов, временное распределение покупок, механизмы маржинальной торговли.

— Десятипроцентное требование открывает широкие возможности, — заметил Финч, — но и создает определенные риски. Мы рекомендуем нашим клиентам не использовать максимальное плечо.

— Именно поэтому мы идем с консервативным пятикратным плечом, — согласился я. — Безопасность важнее спекулятивной прибыли.

Финч одобрительно кивнул. Это была именно та философия, которую ожидаешь от бостонского финансиста.

Пока мы заканчивали оформление документов, в комнату постучали. Вошел молодой клерк.

— Прошу прощения, мистер Финч, но мистер Говардсон из Morgan Bank хотел бы видеть вас по срочному делу.