Оставив щедрые чаевые, я направился к черному ходу. Тут пришлось пустить в ход пару долларов, чтобы повар позволил мне выйти через кухню в переулок.

Петляя по узким проходам между зданиями, я вышел на параллельную улицу и быстро юркнул в метро. Это проверенная тактика.

В подземке легко оторваться от преследования. Просто войти в вагон перед самым закрытием дверей, а на следующей станции в последний момент выскочить на платформу.

Через сорок минут таких маневров я был уверен, что оторвался от слежки. Теперь можно позвонить.

В телефонной будке на углу 38-й улицы я набрал номер Кляйна. Ответил он после второго гудка.

— Импортно-экспортная компания «Атлас», чем могу помочь?

— Это Стерлинг. Получил ваше сообщение. Необходимо усилить протоколы безопасности.

— Понимаю, — голос Кляйна звучал спокойно, но я слышал нотки напряжения. — Наш общий друг считает, что интерес временный. На всякий случай мы направили обычных наших сотрудников понаблюдать за ситуацией.

«Обычные сотрудники» к Мэддена — это крепкие ребята с пистолетами под пиджаками. Обнадеживающе, но и тревожно одновременно.

— Нам нужно ускорить разработку нового шифра и изменить точки контакта.

— Уже в процессе. Завтра получите новые инструкции через нашего юного друга на 44-й улице.

— Понял. Что с теми активами?

— Распределены согласно вашей схеме. Первые транши достигли точек назначения. Вторая волна в процессе.

Это означало, что средства для покупки акций UGI уже благополучно ушли по назначению. Хоть что-то шло по плану.

— Хорошо. До связи.

Я повесил трубку и выдохнул. Ситуация усложнялась, но пока оставалась под контролем. Теперь следовало сделать еще один звонок.

Я нашел еще одну телефонную будку, на этот раз в вестибюле небольшого отеля на Лексингтон-авеню. Принцип безопасности прост. Никогда не звонить дважды из одного места. Каждый звонок — новая будка в новом районе.

Набрав номер редакции «Нью-Йорк Уорлд», я попросил соединить меня с Элизабет Кларк. Надеюсь, она еще не ушла. Такая работяга, как она, вряд ли уходит рано с работы.

Я не ошибся. После нескольких щелчков в трубке раздался ее мелодичный голос:

— Кларк слушает.

Что-то в ее тоне всегда вызывало у меня улыбку. Уверенная, независимая, она полная противоположность тех покорных и тихих женщин, которых так ценили в обществе конца 1920-х. Элизабет напоминала мне сильных женщин XXI века, каким-то образом опередив свое время на несколько десятилетий.

— Добрый вечер, мисс Кларк. Это Уильям Стерлинг.

На другом конце провода возникла короткая пауза, а затем я услышал легкую усмешку.