— Шотландия, 1897 год, — подтвердил он, опускаясь в кресло напротив. — Привезен контрабандой с рисками, оправдывающими цену.

Мэдден не спешил переходить к сути разговора. Он изучал меня, интенсивно, оценивающе.

Его взгляд напоминал мне финансовых акул с Уолл-стрит моего времени. Схожий аналитический ум, только направленный на более кровавые предприятия.

— Вы загадка, мистер Стерлинг, — наконец произнес он, вертя бокал в руках. — А я не люблю загадок в своем бизнесе.

Я промолчал, ожидая продолжения.

— Мои люди изучили вашу биографию, — продолжил Мэдден. — Прекрасный студент в Йеле, но затем несколько месяцев отсутствия перед появлением в Нью-Йорке. Официальная версия говорит о болезни и восстановлении. Но больничных записей мы не нашли.

Я сделал еще глоток виски, не выказывая беспокойства.

— Затем автомобильная авария, — Мэдден наклонился ближе. — После которой, как отмечают ваши коллеги, ваше поведение изменилось. Вы стали демонстрировать необычайную проницательность в финансовых вопросах.

Он постучал пальцем по столу.

— И наконец, ваши инвестиционные решения. Слишком точные для человека вашего возраста и опыта. Словно вы знаете что-то, чего не знают другие.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь приглушенным джазом из главного зала и тиканьем напольных часов.

Критический момент. Любое проявление нервозности будет воспринято как признак неискренности.

— Ну же, мистер Стерлинг, — Мэдден чуть усмехнулся. — Кто вы на самом деле?

Я поставил бокал на стол и посмотрел ему в глаза.

— Я человек, который получил второй шанс, мистер Мэдден. И не собираюсь его упускать.

— Продолжайте, — его взгляд стал еще более сосредоточенным.

— Ваши люди правы. То, что произошло со мной, изменило меня. — Я говорил медленно, выбирая каждое слово. — Но не так, как они предполагают. Не вдаваясь в лишние детали, скажу лишь, что я увидел перспективу. Ясность, которой прежде не имел.

Мэдден слушал, не перебивая.

— Что касается моей точности в финансовых вопросах, — продолжил я, — это комбинация аналитических способностей, интуиции и определенных источников информации.

— Которыми вы не желаете делиться, — заметил Мэдден.

— Которыми я не могу делиться полностью, — поправил я его. — Как вы не можете раскрыть всех своих информаторов. В нашем бизнесе, а теперь это наш общий бизнес, информация ценнее золота. И ее защита необходима для обеих сторон.

Мэдден откинулся в кресле, не сводя с меня глаз.

— У вас далеко идущие планы, не так ли, мистер Стерлинг?

— Я создаю финансовую империю, — ответил я прямо. — Стратегически построенную, хорошо защищенную, способную пережить любые потрясения.