— Ну, а против тысячи квадратов ты против не будешь?

— Теодор, ты меня иногда пугаешь, — смотрел на меня Борис. — Я не хочу жить в фальшивом имении!

— Не, ну это совсем неточно. Я просто думаю, для хорошего человека ничего не жалко. Можно сделать и не фальшивым.

Я вздохнул.

— Но вот что делать с деньгами?

— Извините, тут я вам не помощник, — смутился Боря.

Я не выдержал, и засмеялся.

— Да это был риторический вопрос самому себе. Прелесть денег заключается в том, что их всегда вокруг тебя бесчисленное множество. А проблема людей заключается в том, что они не видят эти деньги, ну, или не видят возможности, как их получить, что, в принципе, одно и то же.

— А вы видите? — осторожно спросил Борис.

— Ага, талант у меня такой, — сказал я. — И самые быстрые деньги я вижу…

Я улыбнулся.

— Давай, порулили к Гильдии Тенеборцев. Пора мне познакомиться с этими интересными людьми, и предложить им свои услуги.

Правительственный дворец князя Бобшильда Лихтенштейнского

Приёмная

Герцог Иванов вышел из приёмной князя нахмуренный. Всё у него в последнее время шло через задницу. Теперь вот князь заартачился, решил поднять налоги на импорт вина в Лихтенштейн. Фактически весь импорт алкоголя княжества забрал под себя Иванов. Он и так делился с князем налогами. Причём этот хитрый старик поднял внутренние налоги, независимые от Империи. То есть, по факту, все деньги останутся внутри княжества. Империя, к слову, уже давно не повышала эти налоги, являясь государством богатым, им было достаточно.

А вот местному князю явно было недостаточно. Ведь герцог Иванов «не первый раз замужем» и знал, что львиная доля всех внутренних налогов оседает в карманах княжеской семьи и их пособников. Что уж тут говорить, ведь он был знаком с этим не понаслышке, так как сам являлся приближенным князя. Но иногда князь и своих «пощипывал», чтобы они не расслаблялись. Вот сейчас был как раз такой момент.

— Ваша Светлость! — раздалось сбоку, и герцог недовольно повернул голову.

В приёмной сидел невысокий толстенький человечек с характерным обрюзгшим лицом человека — любителя всяческих нездоровых развлечений и, соответственно, противника здорового образа жизни. Герцог на секунду нахмурился, но память на лица у него была практически идеальная.

— Граф Вавилонский, — изобразил Иванов небольшую улыбку. — Какими судьбами в наших краях?

— На аудиенцию к его светлости, — кивнул Вавилонский, заискивающе.

Ну да, возможно, у него там, в Империи, были какие-то связи, но здесь, в Лихтенштейне, он никто, и звать его никак.

— И с каким вопросом, если это не секрет?