Я про себя подумал — жаль, что не взял с собой Скалу. Особенно учитывая, что на приёме у Гордеевых наверняка появятся какие-нибудь личности, которые в своё время пытались убить моего деда. Было бы забавно понаблюдать за их реакцией на появление Скалы. Ну да ладно. Скала предпочел потратить вечер на более важные дела, чем пялиться на кислые лица аристократов, которые когда-то пытались его убить.

Пока мы ехали за Анастасией, Боря продолжал потихоньку ворчать. Он говорил, что под эти бесполезные шмотки не наденешь бронежилет. А ещё ему не нравилось, что пиджак сковывает движения и мешает нормально рулить.

— Ну вот, наконец-то, приехали! — сказал Борис, останавливаясь у невысоких кованых ворот.

Я вышел из машины.

Не сказать, что особняк Разумовских был заброшен, но выглядел достаточно уныло. Трава на газонах нуждалась в стрижке, кусты, которые когда-то были аккуратно подстрижены, теперь разрослись и загораживали вход в беседку, а деревянные перила, что тянулись вдоль дорожки, ведущей к входу в особняк, частично сгнили и нуждались в замене. Но, в целом, всё было более, чем прилично.

Дверь открыл все тот же слуга, что и вчера.

— Прошу вас, господин, — сказал он и пропустил меня внутрь.

— Анастасия готова? — уточнил я.

— Да, господин! — кивнул слуга.

— Напомните, как вас зовут?

— Фредерик, — он слегка поклонился.

— Фредерик, — улыбнулся ему, — передайте Анастасии, что я её жду.

Слуга поклонился и, развернувшись, засеменил по коридору.

Я воспользовался моментом, чтобы осмотреться. Намётанным взглядом отметил потёртости на коврах, потёки на обоях, трещины на мраморном полу, которые не появляются просто так. В особняке чувствовалась лёгкая неухоженность и некоторая заброшенность. Но, в то же время я видел, что это место не запущено окончательно, а скорее требует небольшого вмешательства, чтобы вернуть ему былую роскошь.

«Интересно, сколько денег можно выручить за продажу этого всего?», — пронеслось у меня в голове.

Ведь если аристократическая семья начинает продавать своё имущество, то это значит, что всё действительно очень плохо. А когда всё плохо, то наживаются на этом только рейдеры и барыги.

Я представил, как этот дом может выглядеть после того, как сюда въедет новый хозяин. Скорее всего, первым делом он прикажет вывезти весь этот антиквариат, заменив его бездушной новой мебелью. Ну а картины, гобелены и статуи отправятся либо на аукционы, либо в частные коллекции.

Анастасия появилась через несколько минут. Я моргнул. Затем моргнул ещё раз, на всякий случай, потому что на мгновение мне показалось, что могу ослепнуть. Вот только дело было не в ярком свете. А в самой Анастасии.