Зрелище оказалось… не самым интересным и тем более приятным.

Уже знакомая мне четвёрка миньонов принцессы Ольги окружили ту самую «святую» — Эглитис, и что-то выговаривали ей на повышенных тонах, периодически подкрепляя слова чувствительными тычками.

— Интересно, да? — не слишком приятно улыбнулась Югай.

— Не особо. Почему не вмешалась?

— А оно мне надо? — фыркнула кумихо. — «Мантикоры» жалят друг друга — с чего бы мне им мешать?

Ну… С одной стороны, она права…

— И чего они не поделили-то?

Девушки посмотрели на меня. И не знаю, как насчёт Рюрикович, но во взгляде Анны отчётливо читалось «ну что за идиот, помилуй Ормузд».

— Они из свиты принцессы Ольги, а Эглитис — фаворитка жениха принцессы, — объяснила Анастасия. — Я скорее удивлена, что они её не бьют. Возможно, даже ногами.

— Эта свита не больно-то любит свою госпожу… — поморщился я.

— Они не обязаны её любить, но ущерба чести королевства допускать просто не имеют права.

— Забавно, правда? — оживилась Анна. — Они восстанавливают честь, не пытаясь дать укорот мазовскому наследничку, который наставляет рога их госпоже с какой-то простолюдинкой, а решили поиздеваться над этой самой простолюдинкой. Как же это… аристократично.

— Кто сказал, что им этого не приказала их госпожа? — пожала плечами Рюрикович.

— Я сказал. Ольга бы так не поступила.

— Ого! — развеселилась Анастасия. — Да у нас тут любовный треугольник, оказывается!

— Любовный треугольник — занятная геометрическая фигура. В нём все углы — тупые, — сказал я. — Поэтому, не хочу иметь с такой геометрией ничего общего.

— Но ты столь рьяно защищаешь волынскую наследницу… — насмешливо прищурилась Рюрикович.

— Мы сражались бок о бок. Она показала себя храбрым и верным товарищем, так что наговаривать на неё я не буду. И тебе не позволю.

— Прости, прости! — префект примирительно подняла руки и чуть сильнее высунулась из-за угла. — Ого! Смотри, новые действующие лица.

Появилась вторая группа — четвёрка мазовцев во главе с Вышеславом, к которому немедленно бросилась Эглитис. Перепалка продолжилась, причём её тон лишь повысился.

В какой-то момент эфир дрогнул.

— О, а вот это уже перебор, — произнесла Анастасия, выходя из-за угла и взмахивая рукой. —Отмена .

Зародыши заклинаний погасли в руках «мантикор».

— Что тут происходит, господа и дамы?

Я на всякий случай последовал за ней, а вот Югай моментально испарилась.

— Ничего особенного… госпожа префект, — чуть помедлив, ответила Софья, смерив нас взглядом с ног до головы и слегка поморщившись. — Дела факультета.

— Именно, — выплюнул Вышеслав. — Так что решим их без твоей помощи.