— Спасибо, но мы тут привыкли, Нелла, — Ритала Кайс взглядом отправила свою дочь Стеру из гостиной, — Тем более, в последнее время всё успокоилось, Глюк теперь всё время будет дома. На что жить, у нас пока есть, а там и вновь пойдут клиенты.

На Глюка, сидевшего почти весь разговор молча в обшарпанном кресле с кубком разбавленного вина, Вика особых видов не имела, а вот на его магически одарённых жену и дочь весьма рассчитывала.

Честно говоря, Кайсов попаданка совсем не понимала. Это в её родном мире, при всех очевидных неудобствах, жизнь в крупных городах имела и множество плюсов, начиная с большого количества всяких культурных, развлекательных, спортивных и учебных заведений, кружков и секций, как говорится, в шаговой доступности, и заканчивая более широких возможностей поиска интересной и доходной работы или деятельности.

А в этом-то мире какой смысл цепляться за Вьеж, если альтернативой предлагается райский уголок, да ещё и с гарантированным на долгие годы источником заработка? А Вика собиралась пользоваться мастерством Кайсов всерьёз.

Нет, и в её родном мире были примеры, когда в том же Древнем Риме люди предпочитали жить рискуя собой в часто обрушающихся четырёхэтажных домах, портить здоровье водой из водопровода, сделанного из свинцовых труб, дышать наполненным миазмами и болезнетворными бактериями воздухом. Но там хоть было понятно почему — им обеспечивались безопасность, хлеб и зрелища.

Во Вьеже никто бесплатного хлеба не давал и зрелища не устраивал, а безопасность Акулий Зуб семье её соседей-приятелей гарантировал гораздо надёжней.

— Ну, нет, так нет, — искренне сожалея вздохнула Вика, — Если передумаете, сообщите Алеку, моему жильцу. Он найдёт способ отправить сообщение, хоть даже голубиной почтой, если срочно. Кстати, как он? Не буянит?

— Что ты, — засмеялась Ритала, — Очень приветливый и скромный молодой человек. Мы его практически и не видим. Рано утром уходит на службу, поздно вечером — если не остаётся на дежурстве во дворце — возвращается. Говоря по правде, весьма лестно иметь соседом благородного дворянина и гвардейского офицера. Вот служанка у него нагловатая. Я бы такую, на его месте, давно бы воспитала, но, думаю, у него есть причина терпеть её расхлябанность.

Вика и молодая женщина рассмеялись. Обе они легко догадались о причинах столь терпеливого отношения шестнадцатилетнего дворянина к выделенной ему Араной в помощь двадцативосьмилетней рабыне.

— Спасибо за так замечательно, как всегда, вовремя исполненный заказ, — поблагодарила Вика, вставая с диванчика.