Шпана искренне обрадовалась. Чувствовалось, что богатые жертвы грабежа им тут никогда не попадались, и им приходилось довольствоваться медными эннами.
— Мы тебя подождём. Проводим. А то тут не все правильно живут.
Слова второго вожака вызвали одобрительный шепоток подростков.
Глава 25
Флемм выглядел как хрестоматийный учёный, про которых говорят «не от мира сего», да ещё и сильно состарившийся, несправедливо обиженный и обнищавший.
По тем сведениям, которые Вика получила от Узла — кстати, уголовный лидер не посчитал умалением своего достоинства доставить их лично — Флемму Орвалю было уже за семьдесят — на такой возраст он и выглядел.
Подобно Исааку Ньютону, интересовавшемуся только механикой и толкованием Апокалипсиса — больше его ум ничто не занимало, уважаемый Орваль всю свою жизнь посвятил трём направлениям исследований — истории, географии и астрономии — будучи абсолютно равнодушным ко всему остальному.
Знание истории этого мира Вика считала для себя крайне важным, как и географии, ведь последняя имеет не только топографическое содержание, но и политическое, и экономическое.
Вот астрономия ей была ни к чему, но вдруг пригодится? К тому же, в этом мире Вика ничего не слышала о гороскопах, угадывании будущего по звёздам или прочих астрологических выдумках. Наука о звёздах здесь имела исключительно практический смысл — помогала определять своё местоположение во время путешествий, особенно океанских.
На кораблях в порту Вьежа Вика видела множество диковинных приборов. К сожалению, что из себя представляли всякого рода астролябии и секстанты на Земле, и как они выглядели, она не знала, но поняла, что здесь тоже до чего-то подобного додумались. Вот компасы Вика тогда сразу признала — от своих земных аналогов они мало чем отличались, разве что количеством румбов — здесь их было всего десять.
Может специалист в точных науках — а таковым являлся бывший ректор — для Вики был бы более полезен, но тут уж, как говорится, бери, что дают.
Флемм Орваль когда-то в молодости, да и став уже постарше, объездил много стран, побывал даже на одном из заселённых дикими народами южных, так называемых, малых континентов. Впоследствии, по его стопам отправился на Гретвир и единственный сын Орваля, погибший там от рук аборигенов. Вообще, тут тоже хватало своих одиссеев и колумбов, и многие из них, увы, заканчивали свой путь, как съеденные куки.
Над стариком в университете много подшучивали, и ученики, и учителя, но скорее по доброму. Всех удивляла его одержимость в изучении малых континентов. Никто не видел в этом хоть какого-то смысла — торговля экзотическими плодами, сортами древесины или специй с местными племенами велась и так, через имевшиеся на Игласии и Гретвире фактории Алапанской империи и королевства Хейтал, а больше там ничего интересного, на взгляд окружающих, не было.