Во-вторых, солдаты не шли дружными рядами по дороге — самый центр тракта занимали вереницы телег и фургонов — а двигались по обочинам пешком или на лошадях, или ехали в повозках, часто вместе с девицами.
В-третьих, и на привал армия владетелей остановилась в таком же порядке, как и шла. Не было организовано никакого лагеря со рвом, насыпью, защитой из кольев и ровными рядами палаток. Именно так себе представляла армейский порядок Вика. Насмотрелась картинок лагерей римских легионеров или греческих гоплитов в школьном учебнике истории.
— Неужели это и правда случится? — под нос с надрывом произнесла Эрна, — И сегодня я стану свободной.
— Кто о чём, а вшивый о бане, — Вика ободряюще хлопнула соратницу по плечу, — Ты лучше полюбуйся на цыганский табор. Ты ведь не слышала ни про цыган, ни про табор, зато можешь понять, как это всё выглядит.
Эрна хотела что-то спросить, но не успела.
— Ждите здесь, — скомандовал дружинник и отправился к шатру Урании.
Вика, заметив, что её Сивка притомилась, незаметно Малым Исцелением подбодрила и её, и лошадей Алека и Эрны.
Дружинник отсутствовал довольно долго, не меньше трети гонга — видимо, не один раз пришлось рассказывать удивительные новости, пока добирался до виконтессы Вьежской — наконец появился, и не один, а в сопровождении баронета Грания Тиста, двадцатиоднолетнего гвардейского лейтенанта-мага, хорошо знакомого Вике.
Влюблённый в виконтессу Вьежскую баронет был верен Урании и в пору её благоденствия, и во времена тяжёлых испытаний, едва не приведших к гибели признанной наследницы герцогской короны.
Похоже, эта преданность была вознаграждена, пусть и не ответным чувством любви — Вика сомневалась, что Урания решится пойти на мезальянс, к тому же, в столь ответственный период — но владетельными милостями наверняка.
Граний, идущий рядом с оминским дружинником, имел вид очень важный и надменный — Вика даже употребила бы эпитет «вельможный». Одетый в дорогой доспех из магического булата, он не шёл, а шествовал, высокомерно смотрел только перед собой, игнорируя почтительные приветствия вскакивающих перед ним солдат и низко кланяющихся обозных крестьян и рабов.
— Где тут эти вруны, — громко поинтересовался он у дружинника, демонстративно глядя мимо Вики и её товарищей.
— Гляньте-ка, — не выдержав, попаданка засмеялась — настолько ей показался потешным вид этого замечательного парня, которого она уже успела изучить ещё во Вьеже и в совместной поездке, — Это откуда к нам такого красивого дяденьку занесло? Зазнался, что ли, Граний?
Всю важность с лейтенанта-мага мгновенно сдуло, едва он наконец-то обратил взгляд на Вику и тут же её признал.