Я удовлетворенно оскалился, поблагодарил ее за радикальное решение не самой простой проблемы и поинтересовался, чем занимается моя женщина.

— Порядка пятидесяти минут тому назад сформировала четвертый узел подэлектрошок , заглянула сюда, обнаружила, что ты пялишься в терминал, а значит, занят чем-то серьезным, не стала отвлекать и ушла отмокать в ванную. Кстати, о том, что вы приглашены в ресторан, ты девочке так и не сообщил. А Максаков, если мне не изменяет память, обещал вернуться к восьми вечера, то есть, «всего» через три часа. Последствия своей забывчивости представляешь?

— Оля вредничать не станет… — уверенно заявил я.

— А Лиза? — ехидно спросил БИУС.

— Она может застыдить напрочь… — нехотя признал я, отложил МТ в сторону, решительно встал из-за стола и отправился «сдаваться». А уже через полминуты понял, что Кольцову пора причислять к лику святых — выслушав мое чистосердечное признание, она пожала плечами и задала вопрос, который считала в разы важнее:

— Проблему, которая испортила тебе настроение, решил?

— Да.

— И уже окончательно освободился?

— Да.

— Тогда раздевайся и забирайся ко мне…

— Сейчас двадцать минут шестого, Оль!

— И что? — искренне удивилась она, вслушалась в мои объяснения и мягко улыбнулась уже на середине второго предложения: — Игнат, тебе надо хоть немного расслабиться. А мне на сборы хватит и часа…

…Максаков позвонил в девятнадцать тридцать, поинтересовался, успели ли мы хорошенечко проголодаться, выслушал утвердительный ответ и предложил пересечься в восемь вечера на площадке перед въездом в гараж их коттеджа. Я, естественно, не возражал, поэтому через двадцать минут выехал из своего гаража на кроссовере, а еще через полторы, сворачивая с аллеи к месту встречи, увидел его новенький «клон», припаркованный возле фальшь-панели ворот. Кольцова, заметившая этот автомобиль одновременно со мной, весело хохотнула:

— Забавно: аристократы обезьянничают за добытчиком!

— За добытчицей! — уточнил я. — И «Стихию», и «Буран» купила ты.

— Ладно, уговорил: за семьей добытчиков… — покладисто промурлыкала Оля и добавила: — А ведь Лиза еще не видела ни «Шторма», ни «Пули»!

— Ну да: на ее весенних каникулах ее брата ждут очередные потрясения… — улыбнулся я, остановил машину и первым выбрался из салона.

Не успел помочь Кольцовой, как из коттеджа вылетела сияющая мелочь, затормозила в двух шагах от нас и затараторила:

— Паше сегодня исполнилось двадцать четыре года, и мы с бабушкой подарили ему этот «Буран»! Отличный подарок, правда⁈

— Не то слово… — подтвердил я, а затем высказал девочке свое «фи» так, чтобы эту претензию приняла на свой счет и Дайна: — А почему о дне рождения Павла Демьяновича не сообщили нам? Мы ж ему, вроде как, не посторонние.