— Но кто тогда? — Катя облокачивается на стол и недоверчиво смотрит на меня.

— Надо подумать… — я замечаю, как на её глазах наворачиваются слёзы. — Но кто бы это ни был, мы их найдём. И я тебе обещаю, что быстрой смерти они не дождутся!

— Так я и знала, что это всё было глупой идеей, — она падает на стол и тяжело вздыхает. — Лучше бы я до конца своих дней сидела в той «башне» в Гималаях. Тогда папа был бы жив…

— Его уже не вернёшь, как бы грубо это не звучало, — вижу на экране сообщение от Лилии. — Идём, нужно выбираться. Времени до вечернего поезда осталось немного.

— Надеюсь, хотя бы мама жива… — Катя нехотя встаёт из-за стола. — Она должна была быть на испанском побережье…

— Как только доберёмся до Карабаша, обязательно с ней свяжемся. Но сейчас нужно поторопиться, — беру её за руку и тащу за собой.

Времени достаточно: поезд отправляется через три часа, но сегодня понедельник и многие вот-вот поедут с работы. Трафик будет таким, что не протолкнёшься. А на этой развалюхе ехать по полосе для аристократов не получится, ведь любой патруль тут же остановит.

Мы садимся в «Пятнашку» и едем в сторону восточного вокзала. К несчастью, он находится на противоположной стороне города. А ещё хуже, что Катя теперь совсем не боец — она выглядит не просто подавленной, а разбитой. Главное, чтобы не начала винить меня во всех бедах…

Еду я на автопилоте, и поэтому есть время подумать. А поразмыслить есть над чем. Как минимум неясно, кто убил Романова.

В таком деле принято искать того, кто получит наибольший профит от смерти князя. Если исключить вероятность того, что Император — это истеричная школьница, у которой впервые начались месячные, то его причастность можно отбросить.

Остаются те, кому одновременно выгодно подставить главу государства и заодно убить князя. Логика подсказывает, что это могут быть претенденты на престол, ведь так они убивают двух зайцев: убирают сильного конкурента и инициируют начало смуты.

Подозреваю, что правду мы узнаем нескоро. Нужно будет понаблюдать за теми, кто будет топить за свержение диктатора-убийцы. Похоже, что революция, которую мы планировали организовать, назревает и без нашего участия. Костёр понемногу разгорается…

Если не считать смерть сильного союзника, то я остаюсь в шоколаде, ведь Императору будет не до меня. И это не может не радовать. Осталось лишь понять, просочилась ли наверх информация о моих способностях, ведь есть вероятность, что тот важный хрен, которого я убил, хотел нажиться на мне в обход воли своего господина.

Даже страшно представить, сколько денег я бы мог ему принести, заставь он меня пахать на него целыми сутками. Ради таких гор золота можно и рискнуть своим положением, сохранив всё в тайне.