Стою и смотрю на два прохода и две двери. Прямо пойдёшь — на улицу попадёшь. Назад пойдёшь — в дверь под лестницей попадёшь. А что за проходы по бокам я вообще без понятия.

— Вам сюда, — лицо Розалии буквально светится от счастья. — Отец ожидает вас в гостиной.

Она специально держится позади, чтобы скрыть свои эмоции. Но зачем? Странное воспитание у служанок, однако.

— Ага. Просто задумался немного, — вру я и сворачиваю налево.

Захожу в просторную комнату с высокими потолками. На одном из трёх диванов сидит темноволосый мужчина и курит сигару. Замечаю на столе наполненный стакан и бутылку виски.

— Коля, как же я рад, что ты очнулся! — поворачивается он.

— Папа… — испытываю сильный дискомфорт, произнося это слово.

Отец встаёт с дивана и идёт ко мне. И это именно батя, ведь ему на вид лет сорок, а его схожая с моей физиономия весит в коридоре второго этажа.

Получается, как только ты становишься бароном, тебя «вешают» на стену. А я почему-то думал, что только после смерти.

— Ну иди сюда, сынок, — отец убирает изо рта сигару и обнимает меня.

Сегодня у меня день обнимашек… Странное чувство, ведь он считает меня своим сыном, а по факту мы почти ровесники.

Он похлопывает меня по спине, отдаляется и начинает осматривать с ног до головы.

— Хорошо быть дома, — нарушаю недолгое молчание.

— Розалия, почему мой сын вынужден ходить с гипсом на ноге?! — он повышает голос.

— Пап, не ругай её. Она хотела помочь, но я отказался, — моментально отвечаю, чтобы бедная девушка не отложила кирпичей. — Мужик я или как? Сам, что ли, не дойду?

— Хм… — отец щурится. — Не узнаю я тебя, Коля, ой не узнаю… Не подменили ли тебя часом?

— Ага, инопланетяне, — дважды киваю. — Но там такая нереальная история…

— Ещё и чувство юмора появилось? — он выдавливает парочку смешков. — Точно подменили!

— А если серьёзно… — делаю многозначительную паузу. — Ты ведь знаешь, что произошло?

— Знаю. Давай присядем, — отец показывает на диван и идёт первым. — Розалия, можешь быть свободна.

— Слушаюсь, Ваше Благородие, — девушка кланяется и покидает гостиную.

— В общем, дело такое… — ковыляю к дивану и сажусь напротив огромного телевизора. — После распределения по факультетам у меня окончательно сорвало баш… То есть мне было очень плохо.

Как же сложно воздерживаться от использования сленга… Вот батя удивится, если я по фене начну базарить.

— После попадания к нулям жизнь не заканчивается, — подбадривает отец и отпивает из стакана.

Я бы тоже бахнул грамм двести, но вместо этого приходится играть праведного дурочка. Ну ничего, недолго осталось: всего то и нужно, что убедить отца, а там всё пойдёт по накатанной.