— И? — подстегнула меня Ольга.

— А ты, опять же безотносительно твоих симпатий или антипатий, вероятно, станешь императрицей России.

— Это почему? — делано удивилась она.

— По целому ряду причин. Не буду повторяться, но наука, увы, говорит, что шансов дожить до двадцати лет у меня немного, — произнес я прямо, без тени жалости к себе. — А уж жениться, обзавестись потомством — меньше, чем немного. Я постараюсь, конечно, изо всех сил постараюсь, но статистика — вещь упрямая. А Papa…

— Да, Papa…- тихо повторила Ольга, и в ее глазах отразилась общая для нас всех боль.

Papa угасал. Постепенно, почти незаметно для постороннего глаза, но неуклонно. Та катастрофа, что случилась в четырнадцатом, оказалась медленной пулей, засевшей в самом сердце империи. Медики, конечно, твердили стандартные фразы о том, что нельзя терять надежду, но обычно они их произносят именно тогда, когда надежды уже не осталось. Уповать на чудо, конечно, и можно, и нужно, мы люди верующие, но мы не просто любящие дети. Мы были наследниками, обязанными думать не только о Государе, но и о Государстве.

— И потому тебе уезжать в Бухарест — идея так себе, — резюмировал я. — И Каролю отказываться от короны, пусть и Румынской, — тоже идея из разряда фантастических. Мне сложно представить брак, при котором супруги живут в разных столицах и носят короны разных империй. В общем, пустое это, Ольга. Красивая, но неосуществимая сказка.

— Я и сама думаю, что пустое, — согласилась она с облегчением. — Но что же тогда?

— Тебе, Ольга, — сказал я, переходя к конструктивным предложениям, — нужен принц, но не наследник. Кто-то, кто будет при тебе, а не ты при нем. Например, принц Николай, младший брат того же Кароля. Умный, образованный юноша. Думаю, он будет не прочь променять Бухарест на Петербург, поближе к гаражу Papa.

— Причем здесь гараж? — не поняла сестра.

— Николай обожает автомобили, это его страсть, — пояснил я. — А Румыния — страна небогатая, и у младшего принца нет собственного «Роллс-Ройса», о котором он так мечтает. У нас же возможностей больше, у нас этих’Роллс-Ройсов' куры не клюют.

На самом деле 'Роллс-Ройсов всего два, но кто считает?

— Погоди, погоди, — остановила меня Ольга, — этому Николаю всего четырнадцать лет, он лишь на год старше тебя. Какой из него муж?

— Подождешь, сколько там потребуется. В нашем положении четыре — пять лет пустяк, — возразил я. — Но я, конечно, не настаиваю. Это просто вариант. Главное, чтобы твой избранник не был кровным родственником. Родственные браки — вот что на самом деле губит династии. Куда ни посмотри — все друг другу кузены, племянники и троюродные дедушки. От этого — болезни, вырождение, чему я, увы, живой пример. Так что и заграничные принцы из наших многочисленных родственников, и наши великие князья тебе точно не годятся.