Факелы получили трое: я, один боец из замыкающей группы, один из головной. Факелы держали в левой руке, а в правой сжимали пистолеты. С такими источниками света сразу стало лучше, показалось, что и задышалось легче. Хотя последнее явно самовнушение, так как от воздействия дымки нас защищали амулеты.
— Куда? — Олег посмотрел на меня. — В подвал или наверх?
— Сам как считаешь? Здесь ты командуй, я так, типа поддержка и консультант.
— Тогда в подвал. Внизу дымка гуще, скорее всего, она поднимается из подвала, где вся гадость собралась.
— А черти из последних почти все сверху спустились. Из подвала только двое выскочили, — заметил один из бойцов.
— Разберёмся.
[EP1]Здесь «Варнене», дальше «Вернене».
Глава 8
ГЛАВА 8
Двух человек Олег оставил у двери в подвал с тремя факелами, которые вставили в различные щели, чтобы не держать в руках. Здесь дверь находилась не со стороны улицы, а в подъезде под лестницей. Планировка дома, кстати, сильно отличалась от знакомых мне. Чтобы дойти до лестницы, нужно было повернуть направо. А к лифтам — налево. Мало того, здесь ещё тянулась через все перекрытия толстенная труба мусоропровода. Правда, он не работал, это было видно по замотанным толстенной проволокой дверцам. В общем, подъезд здесь занимал огромную площадь.
Дверь в подвал была раскрыта настежь, как и подъездная.
— Тут кровью ступеньки залиты, — тихо сказал боец, спускавшийся самым первым, насторожено поводя автоматом. За ним двигался ещё один, держась за его правым плечом, также держа пространство впереди под прицелом. Третьим шёл вулканец с факелом и пистолетом, опустив ствол вниз.
— Тут как поросёнка резали, — прошептал ещё один из товарищей, оценив количество крови, успевшей уже застынуть на бетонных ступеньках. — О-о, вон там гильзы! А на стене следы от пуль.
В самом конце спуска мы нашли и того, кто стрелял. Вернее, ту. Это была молодая женщина с длинными тёмными волосами в тёмно-синей полицейской юбке и кителе. Она лежала с подвёрнутой под себя левой рукой, согнутой под неестественным углом правой ногой и с двумя страшными рубцами на лице, разрубившими ей лоб, глаз, левую щёку и уголок губ. Ещё несколько похожих ран имелось на груди. Часть кителя с рубашкой превратилась в комок рваных и окровавленных тряпок. Скорее всего, это следы работы когтей чертей.
Рядом с телом лежал пистолет ПМ с чёрными пластиковыми щёчками на рукоятке.
— Всего два раза выстрелила, — прокомментировал опять кто-то из бойцов. — И зачем? Лучше бы бежала наружу.
— Не успела бы. Сам видел, как эти твари носятся, — ответил ему его товарищ, шедший сразу за ним.